Предыдущая   На главную   Содержание   Следующая
 
 

Глава IV.
Фиарнолльский след.
Сварог слушал доклад вольного топора, присланного Шегом Шедарисом, и беспокойство его нарастало. Судя по словам воина, дела под Фиарноллом творились вовсе уж из ряда вон выходящие. Две лучшие роты Вольных Топоров, отобранные лично Шедарисом, намертво встали под стенами старинного замка Виндорф - главного источника мятежа в прилегающих к Фиарноллу провинциях. Собственно, это была небольшая крепостца, построенная по всем правилам фортификационного искусства. Но будь она хоть сто раз крепостью, ее бы Вольные Топоры взяли, не впервой, если бы не охраняла замок Виндорф всякая нечисть. Крестьяне в близлежащих к замку деревнях были насмерть запуганы и приняли Вольные роты с распростертыми объятиями. А на следующую ночь обе деревни кто-то подпалил, огонь сожрал половину домов и все амбары с собранным урожаем. Но крестьяне говорили, что это еще не самое страшное наказание. Хозяева Виндорфа были явно в большой дружбе с Великим Мастером...
Первый штурм провалился, как и второй- Среди солдат началась какая-то непонятная эпидемия - чем ближе они подступали к стенам замка, тем сильнее овладевало ими безумие, невесть что им мерещилось- В общем, вместо того, чтобы лезть на никем видимым не охраняемые стены, Вольные топоры либо падали, закрывая голову руками, либо в слепой ярости бросались друг на друга- Лекарство было только одно - срочно отступать, вытаскивать за шиворот из погреба белого от испуга местного священника и служить молебен Единому во здравие болящих и страждущих. И не важно, что почти все бравые вояки были приверженцами Симаргла.
Два дня Шег и оба ротных командира думали, совещались, сопоставляли факты. Во-первых, безумие не трогало тех, кто оставался в лагере. Во-вторых, оно было бессильно против нескольких человек, побывавших на стенах замка оба раза. Что-то же их уберегло, и видавший многое в своей жизни Шег, хорошо помнивший историю ронерской принцессы, предположил наличие у счастливчиков каких-либо талисманов, наделенных светлыми силами, или гиманов. В конце концов, гиман не такая уж и редкость. И в-третьих, где не смогли пройти сотни, возможно, смогут проникнуть единицы. Командиры немедленно собрали тех, что умудрились выйти невредимыми после обоих штурмов, выбрали из них девятерых, самых сведущих в борьбе с нечистой силой, поделили их на три группы и послали в разведку.
Стоит ли говорить, что они как сквозь землю провалились, во всяком случае по началу было именно так. Через день вернулись трое, на которых Шег возлагал особые надежды: двое бывших крестьян из разоренных феодалами фригольдерских деревень и старый воин, обошедший в Вольных ротах чуть ли не всю Империю Четырех Миров. Держались они только на гордости и чувстве долга, были крайне измотаны и чем-то очень напуганы, что для бывалых топоров почти что нонсенс. Двое умерли почти сразу, бормоча что-то невнятное о выпивающих душу тварях и ужасных ловушках. Третий продержался чуть дольше, и успел рассказать Шегу, что в замке творится нечто совершенно ужасное, что он слышал крики людей, несомненно, подвергаемых диким мучениям, и что он жив до сих пор только благодаря тому, что когда-то получил в дар от одного монаха нательный знак Единого, выточенный из осколка посоха самого святого Круахана. Он настаивал на том, чтобы послать за помощью в ближайший монастырь. Уж монахи-то должны знать, как справиться с нечистью. Всю ночь старый солдат молился, а наутро его нашли мертвым, со следами укуса на шее, весьма похожего на змеиный. Хозяева Виндорфа не желали сдаваться. Но монастырей по близости не было, да и Шег не очень надеялся на помощь суровых братьев в коричневых рясах, потому и решено было послать гонца к Его Величеству Сварогу. Бог знает, что еще успело произойти там за те двое суток, что добирался в Латерану посланник, и жив ли сам Шедарис.
- Все понятно, - сказал Сварог, вставая, - гонца наградить. Для верности пусть поговорит с братьями из монастыря Святого Роха. А мы выезжаем немедленно. Мара, готовь малый эскорт.
Сварог направился уже к своим покоям, чтобы прихватить топор, и нос к носу столкнулся с теткой Чари и капитаном Зо.
- Мы, видать, не вовремя, Командир, или случилось что? - спросила вдова боцмана.
- Именно, случилось, и вы как нельзя вовремя. Это как раз та война, дорогой капитан Зо, которую я веду с тех пор, как расстался с вами в Ямурлаке. Хотел вот, по-человечески, за столом поговорить, да придется теперь... Не предлагаю ехать со мной - там крайне опасно, поразвели всякую нечисть. Мы едем на помощь Шегу, в Снольдер.
Тетка Чари и капитан переглянулись.
- Да кто Вас спрашивать станет, милорд, - сказал Зо, - мы поедем, и все. А своим я весточку пошлю, чтобы шли морем в Фиарнолл. Сколько туда по суше-то? Суток двое, и то, если скакать без передыху день и ночь, и коней регулярно менять. Успеем ли?
Сварог задумался. А ведь действительно, можно и не успеть, кто знает, что еще придумали эти маги из замка.
- Попробуем по воздуху, друзья мои. Я вызову виману из своего манора. Понимаю, что непривычно, но случай-то из ряда вон...
Таким образом, королевский полк отправился, как обычно, а Его Величество со товарищи отбыли на вимане. Сварог сожалел о том, что Леверлин в очередной раз уехал по неотложным делам. Может быть, он знает еще какой-нибудь короткий путь, как тот, что вел из Клойна в Равену. Сейчас это было бы весьма кстати...
Они высадились за небольшой рощей, отделяющей лагерь Шега от "мирных земель", не затронутых ни мятежом, ни черной магией, и далее путешествовали пешим ходом.
К сожалению, как и предполагал капитан Зо, они опоздали. Картина, что предстала их глазам, повергла свароговых спутников в крайнее изумление, а самого монарха просто привела в бешенство. То, что здесь каждая пядь земли пропитана болью, страхом и недоброй магией, Сварог почувствовал еще в лесу, а замок представал перед его магическим взором, как черный пузырь, полный какой-то донельзя ядовитой жидкости, готовый вот-вот прорваться и уничтожить все живое на день пути вокруг. А теперь этот пузырь будто накрыли колпаком.
Замок, действительно, был "под колпаком". Не узнать эти машины было невозможно - над Виндорфом кружили драккары Серебряной бригады. Сварог не сомневался, кого он обнаружит сейчас рядом с Шедарисом. Так и случилось, и он едва не сорвался, увидев обычную меланхоличную улыбку Гаудина.
- И какого черта Вы здесь делаете, милорд? - сказал Сварог как можно более холодно.
- Да успокойтесь Вы, ради Бога, граф, - дернул щекой глава Восьмого департамента, - Вашим людям здесь не справиться. Мы давно следим за этой троицей, и сейчас создалась удобная ситуация.
- Хорошо, - процедил сквозь зубы Сварог, - значит, я должен поблагодарить Вас за своевременную помощь?
- Да поймите , граф, здесь все много сложнее, чем Вы думаете. Это не просто гнездо колдунов, предавшихся Черной Радуге. Эти трое находятся, чуть ли не под особым покровительством самого Великого Мастера. Даже я считаю их очень серьезными противниками, милорд. По моим данным, главный среди них - лар из Магистериума. И я абсолютно не уверен, что нам удастся взять всех, - глядя на маневры серебряных машин, печально ответил Гаудин, - что-то мне подсказывает... Ну, посмотрим.
Сеть блекло-голубых и огненно-красных молний оплела замок. Что-то взорвалось внутри, и драккары, снизившись, принялись палить по стенам, разнося их в пыль. Одновременно, люди Гаудина, в отблескивающих как вода синих комбинезонах, стремительно ворвались в замок. Оставалось только ждать, чем все кончится.
К сожалению, Гаудин оказался прав, взять удалось не всех. Трое наиболее опасных, среди которых, по словам шефа Восьмого департамента, был и лар, ушли по древнему глубокому подземному ходу, завалив его за собой. Скорее всего, они направились к побережью, может быть, даже в Фиарнолл, откуда можно было бежать морским путем куда-нибудь на острова. Пустив в ход свои приборы, Гаудин сказал, что беглецы лишились значительной доли своих сил, затеяв волшебство, практически недоступное для человека, если за его спиной не стоят куда более могущественные хозяева. А хозяева-то, как раз на помощь и не пришли. Кинули, значит, подумал Сварог, почти как два года назад в Харлане. Кстати, после того, как Кентавр Кривоногий занял Харлан, у Сварога до него руки так и не дошли. А шутки с этим рассадником черной магии чреваты крупными неприятностями...
- Граф, у Вас ведь еще дела в городе, - сказал Гаудин, - я знаю, там обнаружили куклос. Ваши люди великолепно работают, должен признать.
- Не мои, Рагана, - скромно ответил Сварог, - правда, выучка Грельфи пошла им на пользу. Только теперь я боюсь, что закончить операцию им не удастся, благодаря Вашим стараниям. Затаятся, на дно лягут, опять возьмем только мелочь, исполнителей.
Удивительно, но Гаудин выглядел виноватым и смущенным. Видимо, ему не часто приходилось терпеть неудачи, да еще такие - при всем честном народе.
- Мы тоже несовершенны, граф, хоть и горько это признавать. Вам нужна помощь в Фиарнолле?
- Такая - нет, милорд, - с трудом подавив злорадство, ответил Сварог, - хотя, я не отказываюсь. Пусть ваши орлы проверят всех, кого уже выловили. Может, и попадется что-либо стоящее внимания.
- Хорошо, - кивнул герцог, - предлагаю воспользоваться воздушным транспортом - так мы их опередим. По земле они доберутся до города к вечеру. Окрестности замка мы уже прочесываем.
Сварог согласился - время сейчас решало все.
Скромные ожидания Сварога оправдались: через пару дней "тихая облава", как окрестил операцию граф Раган, дала первые ощутимые результаты. Двое беглецов из замка Виндорф были пойманы, лар же как сквозь землю провалился, что сильно беспокоило Гаудина. Дознание шло полным ходом, уже готовы были запылать первые костры, но Сварога не оставляло предчувствие близкой неудачи, которое он, впрочем, списывал на присутствие начальника Восьмого департамента Земных дел.
А пока у Его Величества появилось немного свободного времени, и ему, наконец, удалось побеседовать с капитаном Зо о той проблеме, что не давала покоя со времени печальных событий на Морской площади в Равене. Зо внимательно выслушал и сказал:
- Видел я в разных портах нечто похожее. Сначала не верил, думал, подсовывают умелую подделку - малюсенькие мундиры, чудное оружие. Пока мы не столкнулись с их субмаринами.
- В Хелльстаде?
- Нет, первый раз на Инбер Колбта. "Божий любимчик" попал как-то в очень серьезную переделку. В общем, мы вынуждены были встать на длительный ремонт в одной из многочисленных проток архипелага. И кругом, вроде бы, безлюдно, место давно и насквозь нам известное, а все казалось, что за нами наблюдают... Тут-то я случайно их и увидел: всплывают две маленьких субмарины, крохотульки на мостиках строятся, как на парад. Морячки малюсенькие, с мизинец... А потом они обстреляли нас на Ителе, да так, что нам спешно пришлось искать безопасный док. После чего Борн, светлая ему память, и придумал меры, вам известные.
Сварог полагал, что крошки-мореходы из подземной пещеры не случайно обстреляли "Божий любимчик" - много ли найдется людей, видевших так близко их субмарины... И скорее всего, рядом с одной из их баз.
Граф Гэйр уже собирался рассказать капитану о том, к какому мнению пришли Анрах с адмиралом Амондом, но тут в дверь осторожно постучали, и в кабинет вошел озадаченный граф Раган.
- Ваше Величество, там прибыли трое... Высокий лаур и с ним две дамы. Просятся к вам на аудиенцию.
Сварог поднял одну бровь:
- Трое, говорите? Высокий лаур? С длинными светлыми волосами?
- Совершенно верно, и глаза зеленые, таких я ни разу не видел.
- Пропустите их, граф. Я их знаю, - улыбнулся Сварог, - капитан Зо, может, и Вы сейчас кого-нибудь узнаете.
Конечно же, это была герцогиня Доран в сопровождении Даррена и Адали. Сварог с удивлением отметил, что весьма обрадовался появлению своих новых знакомых. На лице же капитана Зо не отразилось никаких эмоций, но по глазам было видно, что герцогиню он узнал.
- Рад видеть Вас, дорогая герцогиня, - сказал Сварог, - равно, как и Ваших друзей. Как ваше здоровье, лауретта? - обратился он к Адали.
- Благодарю Вас, Ваше Величество, хорошо, - смущенно склонила голову девушка.
Сварог, как и полагается радушному хозяину, представил гостей друг другу. Леди Виктори улыбнулась:
- О графине Чари я премного наслышана, как и обо всей Вашей Странной Компании, милорд. А капитана Зо я хорошо помню, хоть и было это давно.
- Да, я как-то вез Вас и... - Зо запнулся, - графа Гэйра на "Божьем любимчике".
- Вот и замечательно, - сказал Сварог, - я вижу, у вас ко мне дело, герцогиня?
Леди Виктори согласно кивнула:
- Все то же, милорд, о котором мы с вами говорили в замке Деверо. Фиарнолльский след подтвердился, более того, там найдены вещи Вашего отца. Возможно, вам будет интересно на них взглянуть.
- Герцогиня, как Вам удалось? - удивился Зо, - Он же пропал в Море Мрака, или, по другим сведениям, на Инбер Колбта...
- Да в том-то все и дело, капитан. Сведений много, и все они противоречат друг другу, - вздохнула герцогиня Доран, - за последний год их было собрано столько, что хватит на толстую книгу. Мы с Дарреном проанализировали все версии, и в местах наибольшей вероятности начали поиски. Здесь мы достигли кое-каких результатов. Только, боюсь, след этот старый.
- Вам нужна помощь? - спросил заботливо Сварог.
- Нет, милорд, - ответил Даррен, - скорее, просто Ваше присутствие, ну, и вашей команды, конечно. Полагаю, что опыт Странной Компании или каждого из вас лично может оказаться неоценимым.
- А давайте-ка, соберемся вместе сегодня вечером и спокойно, как полагается, все обсудим. Эх, жаль, Леверлина нет...
- Он скоро будет, милорд, - произнес с улыбкой Даррен, - мы виделись в Равене.
Сварог решил не ударить в грязь лицом и устроил ужин по-королевски, правда, не в резиденции - старом мрачном дворце, а в уютном флигеле на территории дворцового парка. Вот уж кто был рад появлению новых знакомых, так это Мара. Конечно, спит и видит уроки фехтования...
Когда все гости собрались, Сварог приказал не беспокоить его ни под каким предлогом, хоть сам Великий Кракен всплывет у побережья Фиарнолла. Обсуждение, как, впрочем, и ужин, было в разгаре, когда на пороге зала материализовалась фигура, которую Сварог меньше всего хотел бы сейчас видеть. Милорд Гаудин собственной персоной, извольте любить и жаловать. Черт бы его побрал, подумал Сварог устало, он уже второй раз испытывает мое терпение. Теперь придется посвятить в наш план и его. Надо поторопить юного Элкона с его новой системой защиты...
- Ну что Вы там встали, милорд герцог, - со вздохом произнес монарх, - проходите, присоединяйтесь. Вы же в приглашениях не нуждаетесь...
- Спасибо, - с заметным облегчением ответил шеф Восьмого департамента, - а то, я уж думал, прогоните, чего доброго.
- Вы еще скажите "в три шеи"... Вас прогонишь, - зло усмехнулся Сварог, - хотя стоило бы один раз, дорогой Гаудин. Полагаю, вы уже в курсе дела?
Гаудин коротко поклонился присутствующим и занял кресло рядом с герцогиней Доран.
- Частично, граф. Миледи Виктори собирается предпринять очередную попытку найти Вашего отца, это я понял. Есть реальный след, это я тоже понял. А в чем трудность?
- Да ни в чем, милорд, - сдерживая раздражение, ответила герцогиня, - искать его придется на Древних Дорогах, только и всего. А выход расположен здесь, в Фиарнолле, в старинном парке у дома одного ювелира.
- Вы умеете ходить по Древним Дорогам?
- Нет. Одна - не умею. Вы же знаете, что это не просто.
- Кстати, герцог, а где письмо, которое я привез вам из Хелльстада? - вспомнил Сварог, - В нем содержится заклинание, весьма полезное в нашем деле. Вы не могли бы...
- Обменять его на что-либо из того, о чем мы с вами в свое время беседовали, - подхватила леди Виктори.
Гаудин изобразил на лице улыбку, от вида которой непременно скисло бы молоко, будь оно на столе, а Сварог начал серьезно беспокоиться, как бы весьма неплохое вино не превратилось в уксус.
- Вообще-то письмо является исторической реликвией.
- Да полно Вам, милорд, строить из себя блюстителя всех правил и обычаев. Если об этом письме вы до сих пор не соизволили проинформировать Императрицу, то оно пока, скорее всего, относится к неопознанным и нерасшифрованным бумагам, что грудами пылятся в вашем хранилище, - усмехнулся Сварог, - а потом, мы же просим предоставить письмо на время. Никуда не денется ваша историческая реликвия.
- Соглашайтесь, герцог- А то я могу и передумать, - неподражаемо улыбнулась леди Виктори.
Гаудин издал тяжкий вздох:
- Хорошо. Но ведь Вы, миледи, не отдадите мне для исследований Ваш синий камень.
- Синий - нет, а вот этот - пожалуйста, - герцогиня протянула Гаудину небольшую шкатулку.
Шеф Восьмого департамента, не скрывая любопытства, тут же открыл ее. На темном бархате мягко лучился теплым медово-золотистым светом овальный темно-желтый камень.
- У вас есть все шансы создать аналог моему живому самоцвету, - сказала Виктори, - Обитатель этого камня начал просыпаться.
- Спасибо, миледи. Честно говоря, не ожидал. Письмо будет у Вас завтра утром, - спокойно сказал Гаудин, принимая шкатулку.
- Вернемся к основной теме, - напомнил Даррен, - мы предлагаем завтра же попытаться исследовать тот выход на Древние дороги, которым воспользовался граф Гэйр. Наши друзья сообщают, что к дому начали проявлять внимание не только мы. А это уже опасно, во всяком случае, для тех, кто согласился нам помочь. Милорд Гаудин, если захотите принять участие, приезжайте.
- Только не тащите с собой всю Серебряную бригаду, - закончил Сварог.
Квартал был богатый. По обеим сторонам широкой, мощеной булыжником, улицы стояли аккуратные двух- и трехэтажные особняки, затейливо украшенные по фасадам лепными украшениями и мозаикой, каждый на свой лад. Почти у каждого дома был разбит небольшой сквер, все деревья и кустарники заботливо подстрижены, а уж клумбы... Как будто здесь жили не золотых дел мастера, а лучшие в Снольдере садовники.
Владелец белого особняка, утонувшего в зелени деревьев, пожилой ювелир, встретил высоких гостей радушно, но без излишнего подобострастия, чем сразу понравился Сварогу. Он проводил посетителей в гостиную, и по просьбе леди Виктори, рассказал древнюю семейную легенду, с которой все и началось. Издавна от отца к сыну передавалось странное напутствие: "Не ходи в сумерках в парк, можешь не вернуться. Не все тропинки к дому ведут"... Несколько месяцев назад сын ювелира отправился вечером в парк - искать сбежавшую собачку своей жены. Искал он ее долго и вернулся не один, с ним пришел странный человек с потертым мешком за плечами и длинным мечом в узорных ножнах. Он-то, по словам сына, и изловил своенравную собачонку. Гость выглядел усталым и даже измученным, и обрадовался, как ребенок, вкусному домашнему ужину и теплой постели. Он сказал, когда все время в дороге, забываешь, что такое дом... А на следующий день гость ушел в город и не вернулся, а мешок с вещами остался. Гостя ждали почти месяц, потом решились изучить содержимое мешка. Там, на первый взгляд, не оказалось ничего необычного - просто вещи, необходимые в дороге. Морские карты в цилиндрическом футляре черной кожи, охотничий нож сложной, скорее всего, гномской конструкции, серебряная коробочка. Было и что-то еще, но, видимо, под действием магии, рассыпалось в пыль. Вот по этим-то вещам друзья герцогини и опознали хозяина. На чехле для карт было фамильное клеймо Гэйров.
- Милейший господин Бертольд, а вы не могли бы показать нам эти вещи, - попросила леди Виктори, - Его Величество мог бы внести ясность.
- Разумеется, - степенно кивнул ювелир, - одну минуту.
Карты оказались самыми обыкновенными, таларскими, но, тем не менее, вызвали бурю восторга у капитана Зо и графини Чари. Даже Гаудин не смог скрыть удивления.
- Да им же цены нет, Командир! - воскликнула вдова боцмана, - Это самые подробные карты Инбер Колбта, какие я когда-либо видела. А видела я их немало, уж поверьте мне.
- Верно, - согласился капитан "Божьего любимчика ", - карты просто великолепные. Любой капитан отдал бы что угодно за такое сокровище. Это ведь и убежище, и тайный док, и Бог знает, что еще... Видите, тут множество всяческих знаков и отметок, кое-какие даже расшифрованы. Если как следует над этими картами поработать, то, что характерно, можно почерпнуть кучу новых сведений.
- Так... А возьмите-ка Вы все эти карты себе, - сказал, поразмыслив, Сварог, - из нас всех Вы самый опытный в этом деле, и Вам они нужнее. Если при расшифровке увидите что-либо важное, немедленно доложите мне.
Зо кивнул, осторожно сворачивая драгоценные карты и упаковывая их в футляр, на торце которого отсвечивал серебром фамильный бегущий конь Гэйров.
- Нож, по всему видно, гномы сработали, - сказал ювелир, рассматривая диковинный, о шести различных лезвиях, нож, - причем работа это старинная, сейчас такой и не найдешь, разве что у антикваров. Скорее всего, он с Сильваны. Видите, в рукоятку темные камни вставлены? Это черные опалы, а их добывают только на Сильване. А вот коробочка, - он достал плоскую, величиной с ладонь, шкатулку, - она для меня загадка. Сделана из серебра, но такого серебра ни здесь, ни на Сильване не добывают - видите, какой у него глубокий, бархатистый синеватый отлив. И узоры на крышке весьма интересные... Мне такой орнамент никогда не встречался.
- Вы считаете, что шкатулка не из нашего мира? - спросил Сварог.
- Скорее всего, - пожал плечами хозяин, - я показывал ее другим знатокам нашего дела, даже в Ремиденум возил, и все в один голос... Правда, мы так и не смогли открыть ее. Может быть, Вам это удастся.
Сварог протянул руку, и пальцы как будто сами легли в маленькие углубления по бокам коробочки. Легкое нажатие - и шкатулка распахнулась с тихим музыкальным звоном. Но она была пуста!!! Командир не смог сдержать разочарованного вздоха.
- А позвольте-ка мне, дорогой граф, - произнес Гаудин, аккуратно поворачивая шкатулку в пальцах, - Ага, кажется, понял. Тут двойное дно, господа. Минуточку... - он жестом фокусника извлек откуда-то из рукава тонкий стилет, поддел что-то внутри. Донышко, щелкнув, отворилось, и шеф Восьмого департамента извлек на свет Божий кусочек тонкого картона с изображением какой-то женщины.
Сварог, в изумлении, не мог произнести ни слова. Ведь это же фотография, самая обыкновенная фотография с Земли, думал он. Точно такая же была в семейном альбоме Сварогов, он помнил ее очень хорошо.
- Красивая женщина, - сказал Гаудин задумчиво, - Вы знаете ее, миледи?
- Нет, - дрогнувшим голосом ответила леди Виктори, - не знаю. А вы, капитан?
- Не видел никогда. Может быть, Командир, - Зо протянул Сварогу снимок.
Сварог знал. И, конечно же, никто из них не мог знать эту женщину. Елена Андреевна Ракитина, в замужестве Сварог... Мама, совсем молодая, подумал Сварог, наверное, снимок был сделан еще отцом... Она умерла за год до исчезновения Сварога из Монголии.
Но дать волю воспоминаниям не пришлось. Он даже не успел ответить на заданный вопрос - только автоматически захлопнуть и сунуть в карман шкатулку, потому что...
Бешеный порыв неизвестно откуда взявшегося ветра ударил в окна с такой силой, что стекла дождем посыпались вниз. Мгновенно воздух в комнате стал неимоверно сухим и горячим, как в пустыне. И почти одновременно во всех помещениях вспыхнул огонь: первыми занялись шторы, гобелены, драпировки, которыми, по новой моде были украшены комнаты. Огонь распространялся очень быстро.
Тренированные люди Сварога быстро сориентировались и повыскакивали на улицу - благо, второй этаж был совсем невысокий, прихватив с собой совершенно растерявшегося ювелира. Гаудин, наверно, успел десять раз пожалеть о том, что не взял с собой подкрепление. А хозяин дома в ужасе схватился за голову. Да это и понятно - про домочадцев-то никто и не вспомнил! А в горящем доме осталась жена ювелира и его маленькая внучка. И Сварог, не раздумывая, полез в пекло, видимо, сработали взращенные советским обществом рефлексы, вспомнилась, наверное, читанная когда-то в школьном детстве "Повесть о неизвестном герое". За ним, очертя голову, ринулась Мара. Вскоре она выскочила наружу, неся на руках отчаянно орущую, но живую и невредимую девочку.
Из окна третьего этажа что-то кричал Командир. Жена хозяина была без сознания, и он собирался спускать ее вниз при помощи магии. Что ему и удалось. Над спасенной уже хлопотали леди Виктори и Даррен, когда наверху что-то полыхнуло с новой силой, раздался оглушительный треск, просела крыша, и начали заваливаться внутрь стены дома.
Все с ужасом поняли, что Сварогу не выбраться, скорее всего, его завалило.
- А, чтоб тебя тридцать три дюжины морских чертей по всем статьям... - выругался капитан Зо и полез в горящий дом.
Сварог осознал, что оказался между молотом и наковальней: с одной стороны опасно накренившаяся стена, с другой - жадный огненный шквал. Куда ни кинь, всюду клин, как сказали бы на Земле. Неужели так глупо все закончится... Он был странно спокоен. Магия пока что позволяла ему дышать в этом дыму. И спасение почудилось ему именно в огне, куда Сварог и шагнул за неимением другого выхода, мимоходом успев удивиться, что пламя какое-то странное, совсем не горячее и пахнет свежескошенной травой...
Бывший когда-то белым, особняк издал какой-то странный вздох и грудой осколков осыпался внутрь себя. Растерянные и беспомощные, друзья и соратники Сварога молча взирали на это. Да и что они могли предпринять...
Очнулся Сварог от приступа мучительного кашля, и совершенно не там, где ожидал - в траве, под открытым небом. А рядом, почему-то, лежал ничком капитан Зо, хотя Сварог помнил, что в горящей комнате он был один. Когда капитан пришел в себя, граф Гэйр успел уже осмотреть окрестности, и обнаружил вполне привычный пасторальный пейзаж. Насколько хватало глаз, были поросшие сочной травой холмы, луга, на закате, у небольшой рощицы паслось стадо самых обыкновенных буренок. Жилья поблизости видно не было, но широкая грунтовая дорога, уходящая за холмы, говорила о том, что люди неподалеку. Позавтракав, чем Сварог сотворил, они решили, что надо идти по дороге, а там уж - как сложится. Опасности Сварог не чувствовал, хотя и догадался, что вокруг не Талар, или, во всяком случае, не совсем Талар, скорее всего, какая-то Заводь. Верный Доран-ан-Тег был с ним, значит, основной мир где-то рядом...
Поднявшись на довольно высокий холм, оба замерли в немом изумлении, ибо то, что предстало перед ними, они считали безвозвратно погибшим почти три года назад. И хотя дома и другие постройки мало напоминали прежнюю деревню, но общее впечатление и некоторые, врезавшиеся в память подробности...
- Провалиться мне на этом месте, граф, но эту деревню я знаю, как свою ладонь, - почему-то шепотом сказал капитан Зо, - только я же своими глазами видел...
- Так и я видел, капитан, эта картина до сих пор стоит у меня перед глазами: валики черного пепла по контуру домов: - отозвался Сварог, - И долго думал, кто это мог сделать. Именно тогда Ваша маленькая война стала и моей. Но, тем не менее, это Фиортен.
- Если только глаза нас не обманывают, - кивнул Зо, - пойдемте, граф. Если это наш Фиортен, то там, что характерно, нас должны помнить.
Это, действительно, оказался Фиортен, и их с капитаном сразу узнали, повели, как самых дорогих гостей в лучший дом - к старосте.
Рассказ о чудесном спасении Фиортена, о том, как деревня оказалась здесь и где находится само это "здесь", был недлинным. В ту страшную ночь, когда Сварог с Карахом видели сияние за горами, выбираясь из Ямурлака, все и случилось. Подняла тревогу деревенская колдунья, а ей все доверяли безоговорочно.
- А можно ее увидеть? - спросил Сварог с некоторым внутренним трепетом.
- Нет, - печально покачал головой староста, - она единственная, кто не успел спастись. Ведь именно она, наша Дара, держала ворота открытыми до самого последнего момента... Мы ведь успели увести весь скот и очень многое с собой забрать.
- Жаль, - вздохнул Сварог, - и как же вы теперь без колдуньи?
- Да у нее ученик остался, совсем мальчишка еще, но ничего, справляется. Здесь ему работы много по началу было, а потом , хвала Великой Матери, освоились на новом месте...
После этого разговора Сварог долго не мог уснуть. Все стояло перед глазами лицо темноволосой колдуньи, имя которой он узнал только сегодня. И знакомы-то они были всего одну ночь, если это вообще можно назвать знакомством, и вышло все, как она сказала - не увиделись они больше никогда. И деревню спасла, как говорила, "в предпоследнюю минуту". Вот еще один человек, небезразличный Сварогу, ушел навсегда...
Утром, за завтраком, капитан Зо спросил у хозяина, не знают ли они дорогу назад, на Талар, на что староста ответил: знают, и многие. Но не ходят - уж больно страшно там, да и незачем, прижились... А если гостям очень нужно, то можно попросить у колдуна оберег, а лучше всего найти местного проводника.
- Домой нам позарез нужно, по многим причинам, и, прежде всего потому, что близкие наши считают нас сгоревшими, - сказал граф Гэйр, - представляю, что сейчас в Фиарнолле творится.
Колдун был, как и положено колдуну, примечательной личностью - представьте себе седого, как лунь, парня лет восемнадцати, с совершенно не юношеским взглядом мрачных черных глаз под густыми сросшимися бровями.
- Как там... дома? - тихо спросил он, обращаясь сразу к обоим посетителям.
- По всякому. Воюем помаленьку, - ответил Сварог, чувствуя себя в ответе за многое, происходившее дома. Вот ведь как - хоть они и прижились здесь, дом, пусть сгоревший дотла, остался там, в Пограничье...
- Вам надо вернуться, Светлый Король, - сказал колдун, - и как можно скорее. Время здесь течет несколько иначе, чем на Таларе, и Вы можете опоздать... Дорога сейчас вполне проходима, талисман - он снял с шеи деревянную пластинку на кожаном шнурке, на которой был изображен замысловатый знак, - возьмите мой. Это самый сильный, какой мне удалось создать. А проводник ваш...
- Отпусти меня с ними, брат, - неожиданно прозвучал негромкий девичий голос.
Из-за занавески, отгораживающей жилую часть дома, вышла невысокая девушка, одетая в дорожный мужской костюм. Иссиня-черные волосы собраны в высокий "конский хвост" и оплетены двойной ниткой розового речного жемчуга. Такие же темные, как и у колдуна, глаза, смотрели уверенно и чуть грустно.
- Что ж, иди, Одри, - вздохнул колдун, - ты ведь все равно уйдешь, даже если я не позволю.
- Ты же знаешь, моя судьба не здесь, брат.
- Знаю. Ну, вот вам и провожатый, господа. Одри, а ты найдешь того, кто тебе нужен?
- Думаю, найду. Вы ведь мне поможете, Светлый король?
- Помогу, конечно, - скупо улыбнулся Сварог, - если буду знать, кого искать.
- Не справлюсь сама - расскажу...
Через час Сварог, капитан Зо и юная Одри покинули гостеприимный Фиортен. Они шли все по той же дороге, единственной, ведущей к деревне, но чувствовалось, что с каждым шагом все вокруг них меняется. Вот появились у дороги тонкие высокие деревья с голубоватой листвой, которых раньше здесь не было, потом дорога сузилась, ее окружил колючий кустарник с крупными ярко-желтыми цветами. Одри извлекла из сумки три куска полотна, сложила и пропитала каким-то раствором из фляги.
- Приложите ко рту и старайтесь дышать через них. Иначе надышитесь пыльцой и забудете, зачем и куда шли..
Сварог и капитан Зо послушно выполнили указания своей юной провожатой. Кто знает, что еще, что еще водится возле этой Дороги... Когда опасный участок остался позади, Зо спросил:
- И много тут таких милых сюрпризов?
- Хватает, - со знанием дела ответила сестра колдуна, - у нас очень хорошие обереги, иначе от местных зверюшек отбою бы не было, да нечисти всякой целый хвост бы за нами волочился. Но береженого, как говорится, Великая мать бережет, так что будьте начеку.
Интересно, подумал Сварог, а без нее мы смогли бы пройти так легко? Вряд ли...
Встречный ветер, по началу приятный и почти незаметный, стал усиливаться, и вскоре путникам пришлось идти, низко нагибая головы и прикрывая глаза от колючей пыли, что бросал им в лицо горячий сухой ветер. Одри достала веревку, и далее они преодолевали ставший совсем нелегким, путь, подобно альпинистам, в одной связке. Поднялась самая настоящая пыльная буря, видимость была нулевая, но девушка сказала, что останавливаться сейчас смерти подобно, да и осталось-то совсем немного... И они шли, хотя каждый шаг давался с неимоверным трудом, навалилась усталость, дышалось тяжело - весь воздух состоял, как будто, из одних обжигающих острых песчинок.
И вдруг все разом прекратилось. Они оказались в прохладных городских сумерках, в тени деревьев какого-то старого парка, в воздухе пахло морем.
- Вот и все, господа. Насколько я понимаю, это ваш Фиарнолл, - улыбнулась Одри, - Меняемся ролями? Я ведь здесь ничего не знаю...
- С удовольствием, лауретта, - кивнул Сварог, - ужин и ночлег в королевской резиденции Вас устроит?
- Вполне.
- Интересно, нас уже похоронили, или еще нет, - усмехнулся капитан Зо, - хотел бы я посмотреть, что сейчас поделывают наши друзья.
- Хотел бы я знать, насколько в курсе дела наши враги... - вздохнул Его Величество Сварог, возвращаясь мысленно к нелегким государственным заботам, - тут можно ожидать чего угодно. А пойдемте-ка поскорее, мне бы не хотелось совсем от жизни отстать.
- Минуту, я только разбужу своего друга, - сказала Одри, извлекая из заплечного мешка объемистый сверток, - по-другому он вряд ли перенес бы Переход.
Она что-то прошептала над свертком, ткань рассыпалась серебристой пылью, раздался пронзительный клекот, и крупный коричневый сокол взлетел над их головами. Красивая хищная птица легко уселась на плече девушки. Графу Гэйру вспомнился рассказ леди Виктори о Городе-над-Морем, что-то там было такое...
До резиденции было рукой подать - старый парк оказался в двух кварталах от нее. На втором этаже горели два окна. Сварог посчитал, оказалось - окна его кабинета. Остальные были темными. Чтобы не привлекать внимания, он отвел страже глаза, и все тихонько поднялись по парадной лестнице. Раздираемый любопытством Сварог заглянул в кабинет, благо, дверь была приоткрыта. На это стоило посмотреть... За большим овальным столом в живописных позах сидела вся бравая команда, волею судьбы собравшаяся в Фиарнолле. Количество бутылок, как на столе, так и пустых под столом, впечатляло. Шег Шедарис и тетка Чари пребывали, судя по всему, в крайней стадии уныния. Лорд Гаудин был мрачнее тучи, но спокоен. Мара нервно вертела в руках острейший стилет, а Леверлин, который, видимо, явился после пожара, меланхолично прихлебывал из горлышка келимас. Лиц леди Виктори и Даррена он Сварог не видел - герцогиня и Лоцман сидели спиной ко входу.
- Говорю вам, король жив, - негромко проговорил Даррен, и в голосе его прозвучала железная уверенность, - Грельфи говорит то же самое. Его нет в Царстве мертвых. На пепелище мы не нашли его топор, что непременно случилось бы, будь он мертв. Более того, я чувствую, что он где-то близко.
- Ну да, конечно, - уныло усмехнулась Мара, - вчера был, Бог знает где, а сегодня чуть ли не на пороге. Свежо предание...
- Может и на пороге, - кивнул Даррен.
- По моим сведениям граф Гэйр жив, но на Таларе его нет, во всяком случае, до сего момента не было, - тихо проговорил шеф Восьмого департамента, - мои люди чуть ли не носом землю рыли...
- Но уж Зо точно погиб, - вздохнула тетка Чари, - он ведь в самое пекло ринулся, Командира спасать.
Сварог переглянулся с капитаном "Божьего любимчика". Вот оно как вышло, все волнуются, опечалены, но паники, что характерно, нет. Наверное, и людям сказали что-нибудь успокоительное. Интересно, сколько же они отсутствовали?
- И что прикажете делать без него? - спросил Шег, - В Сноле слыхали, что творится? Эти, из "Черной радуги", откуда только прознали, что король пропал... Уже в открытую чуть ли не торжества по поводу гибели "узурпатора" устраивают...
- Пусть пока попразднуют, - сквозь зубы процедила Мара, - Мы с графом Раганом потихоньку сеть затянем, да и на костер их, голубчиков.
- Так-таки и всех? - сказал Леверлин, - Экая ты, графиня, кровожадная.
- А чего с ними церемониться-то, - хмыкнула тетка Чари, - Я бы этих черепашьих выползков первым делом по доске бы проводила к русалочьей матери.
- Ну не нравится тебе сразу костер, могу перенаправить клиентов к отцу Алексу в Багряную палату, - предложила Мара, - полагаю, они сами на костер запросятся...
Сварог с интересом слушал вариации на тему "Что бы я сделал с адептами черной магии", но поток фантазии сидящих в комнате быстро иссяк. Что ж, пора бы королю и командиру воскреснуть, да и Зо уже надоело подглядывать в щелочку. А вот и подходящий момент...
- Ну, перевешаешь ты эту братию, а дальше-то что, - вздохнула вдова боцмана, опустив голову на руки, - без Командира-то далеко не уедешь. Он-то знал, что делать.
- Допустим, и без Командира тоже жить можно, - подал голос Сварог, стоя в дверях.
- Интересно, как, - сказала тетка Чари, не поднимая головы.
А Мара молниеносно обернулась на голос, и Гаудин со вздохом облегчения откинулся в кресле, и леди Виктори тихо сказала:
- И кто же был прав?
- Добро пожаловать домой, Ваше Величество! - это уже Даррен, вставая, - Я не ошибусь, если скажу, что все мы рады Вашему возвращению. Я полагаю, капитан Зо с Вами?


Глава V.
Темная охота. К вопросу об убежище.
Как выяснилось, король отсутствовал неделю, и хотя всем объявили, что он спешно и тайно отбыл в манор по имперским делам, слухи о пожаре и исчезновении Сварога все-таки просочились за пределы узкого круга посвященных. Но все хорошо, что хорошо кончается, и жизнь быстро вошла в прежнее русло. Гаудин предпринял несколько неудачных попыток поймать беглого лара из Магистериума и вернулся к себе за облака. Одри, как и предполагал Сварог, присоединилась к отряду леди Виктори. Мара под руководством Даррена увлеченно овладевала искусством боя на мечах, а Карах просился в гости к родственникам в замок Деверо, но Сварог не отпустил его - государственные дела не ждали.
Сам же король вернулся в Латерану в смутном настроении. Герцогиня, против обыкновения, расставшись на время с Дарреном, уехала, не приняв предложения Сварога погостить в королевском дворце. Она сослалась на дела в замке, но командир чувствовал, что беспокойство ее связано, скорее всего, с обещаниями Великого Мастера заняться ими вплотную, а леди Виктори не желала взваливать бремя опасности на друзей. Конечно же, Даррен вскоре последовал за ней, чем весьма огорчил Мару...
После событий в Фиарнолле мирно пролетели три месяца. В большой державе короля Сварога жизнь текла на редкость спокойно - ни одного хоть сколько-нибудь заметного события. Министры вполне справлялись с делами, тайные службы бдительно следили за всем происходящим, армия, точнее, многочисленные армии, объединенные под рукой Его Величества Сварога I, пребывали в боевой готовности. По-прежнему занозой сидел Горрот, не к добру притихший, но способов подобраться поближе к Стахору Сварог пока не придумал.
Что делал в Латеране герцог Орк, тоже так и осталось не выясненным, на первый взгляд, просто жил в свое удовольствие. Он точно поставил цель - не дать себя подозревать, ничего предосудительного не делал, даже, выказывая предельную лояльность, побывал на традиционном Большом Приеме во дворце, устраиваемом каждый год в день Весеннего равноденствия.
Сварог, по старой своей привычке, опасался, что все это благолепие не будет долговечным. Багровая звезда все приближалась, теперь она была видна всем без исключения - ярким красным пятнышком она первой появлялась на ночном небосводе первой и последней исчезала перед рассветом. Мэтр Анрах, основательно изучив сохранившиеся свидетельства событий пятитысячелетней давности, предполагал, что в самое ближайшее время начнут пробуждаться древние чудовища и магические существа, которые могут наделать немало бед. Они грубы и примитивны, и почти все, после тысячелетий спячки или заточения, будут невообразимо голодны... Вспомнив, чем обычно язычники "кормили" своих великих и ужасных богов (а пробуждающиеся древние существа, в большинстве своем, ими и были, по сведениям Магистериума), Сварог серьезно задумался. Скушать население какой-нибудь деревушки такому - на один зуб положить. Придется усмирять их на самой ранней стадии пробуждения, возможно, арендовав у милорда Гаудина пару- тройку драккаров Серебряной бригады.
Анрах не ошибся. Первыми начали отзываться на действие Звезды Ямурлак и Иллюзор. В, казалось бы, усмиренном и очищенном совсем недавно от нечисти Ямурлаке происходило бог знает что, открывались склепы, построенные чуть ли не до Шторма, в заброшенных усадьбах и замках по ночам полыхал мертвенно-зеленый свет, самопроизвольно начали оживать старые кладбища. Начал меняться Иллюзор, и происходило это поразительно быстро. Вся нормальная растительность - трава, деревья - усыхала и умирала, а на их месте вырастало нечто уродливое, покрытое шипами и колючками, с явно хищническими замашками. Возникали на хорошо известных участках и дорогах замаскированные сочной зеленой травой блуждающие болотца, которые в считанные минуты засасывали попавшего туда быка. Гуртовщики начали роптать - потери по началу были весьма значительные. Сами картины иллюзорной жизни разительно изменились. Те, кто видел, рассказывали, что если раньше призрачная жизнь была вполне мирной, то теперь имеет место иллюзия войны. Конечно, ни выстрелов, ни криков не слышно, но видимость пожарищ и сражений полная. А кое-где вообще стоят непроглядные сумерки. Неспокойно жилось людям и в приграничных с Ямурлаком и Иллюзором районах, стал беситься и болеть скот. И народ целыми деревнями стал переселяться в Три Королевства. Как ни странно, но после уничтожения Глаз Сатаны и местная нечисть там повывелась. Крестьяне спокойно и основательно обустраивались на новом месте, быстро отстраивались города, возводились замки. Орден Возрождения Трех Королевств укреплял власть и следил за порядком, деньги из Балонга исправно поступали в его казну и направлялись, в основном, по назначению. Как ни странно, система, предложенная Сварогом и детально разработанная красноречивым герцогом Лемаром, функционировала пока безотказно. С одной стороны, монарха радовал приток людей на свободные территории - новые поселенцы исправно платили налоги и работали, не покладая рук. А с другой стороны, это говорило о том, что жизнь в других местах, налаженная веками, становится непредсказуемой и опасной.
В конце концов, Сварог отправил Мару, Шедариса и Бони с очередной инспекцией в Ямурлак, и, совсем уже было, решил провести пару недель в Вентордеране, но тут, как всегда неожиданно, объявился утром Леверлин. Его доклад заставил Сварога снова уделить пристальное внимание Каталаунским горам. Во-первых, из тамошних лесов стала уходить вся живность, говорят, местные жители видели самого оленя-Кернунноса, а такого уже тысячу лет не случалось. И уже коло двух недель там происходят мелкие подземные толчки, что в этой части харумского материка было полнейшим нонсенсом. В горах стало опасно - могло запросто завалить камнями на дороге. А еще Леверлин рассказал, что приблизительно тогда же его навестила герцогиня Доран. Они с Дарреном нашли его в Ремиденуме, и герцогиня попросила, ни больше, ни меньше - найти тихое место для хранения части ее коллекций, а также приютить Смеющегося Бари, в маноре он просто не выживет. Конечно же, Леверлин не смог отказать даме, в результате чего в его родовом поместье сейчас пребывает та самая коллекция виолонов, большой запечатанный ящик с неизвестным содержимым и удивительный зверь, которого все обожают. У графа сложилось впечатление, что леди Виктори очень спешила и была чем-то весьма обеспокоена и взволнована. Они отказались остаться погостить, чем весьма огорчили Грелора-старшего, неожиданно проникшегося к герцогине своего рода симпатией, и уехали так, точно бежали от кого-то...
- Надо бы их навестить, - сказал Сварог, - заодно и Карах бы своих повидал. А чего сразу-то не приехал?
- Дела, - пожал плечами Леверлин, - Да и потом, они отказались от помощи, я же им предлагал. Даррен только сказал, что не может взваливать такой груз на чужие плечи.. А ее домовые, равно как и собаки, отправлены в манор Доран, так что Карах вряд ли их увидит.
- Хорошо. У меня там люди, за замком приглядывают. Сейчас как раз время доклада, вот и спросим у Интагара, что там происходит.
Доклад Интагара был крайне неутешителен. Несколько часов назад в горах произошло сильное землетрясение с эпицентром как раз в районе замка Деверо. По всему видно, замок напрочь разрушен...
- Опоздали, - выдохнул Леверлин, - да и что мы могли сделать со стихией?
- А если это не стихия, граф? Их же предупреждали... - ответил Сварог, - одно обидно - замок был надежным убежищем, даже Великий Мастер предпочел туда не соваться, а теперь... Я надеюсь, они хотя бы живы. Завтра же я еду туда. Ты со мной?
Их беседу прервал ввалившийся к королю без доклада Паколет, который весьма скучал по своему другу Бони и проводил время в тавернах, пытаясь утопить скуку в вине. Сколько Сварог не урезонивал его, все без толку. Вот и сейчас Паколет выглядел не лучшим образом - взлохмаченный и помятый. В ответ на красноречивый взгляд Сварога он, нимало не смутившись, сказал:
- Прошу прощения за нарушение этикета, командир, но я тут один разговор услышал ночью, все думал - рассказать или не надо.
- Ну, давай, выкладывай, - усмехнулся Сварог, - все ж свои.
- Да вот, шел я сегодня из "Золотого льва".Ну и возле одного особняка решил малость отдохнуть на скамеечке, рядом там еще зеленая изгородь была, высокая, в рост человека. Сел я, значит, сижу себе, и вдруг слышу - по ту сторону двое разговаривают. Прислушался я по старой привычке, и понял, что катастрофически трезвею. Потому как говорят они о Вас, и такое... Убрали бы они Вас, да только магия ихняя Вас не берет, Вы ж им давно, как кость в горле...
Первый собеседник долго еще перебирал Свароговы подвиги, начиная с Харлана, сожалел об ущербе, нанесенном их резервам. Ну да, как раз там интересы обоих пересекались и были направлены на достижение общей цели. Может быть, милорд (!) знает, как можно справиться с этим хитрым новоявленным монархом? Свежие мысли будут оценены по достоинству.
У вышеназванного милорда были свои, особые счеты со Сварогом, еще со времен всей этой истории с Делией, но становиться пешкой в чужой игре не в его правилах. Он рассчитывает самостоятельно разобраться со строптивым монархом, хотя теперь это сделать значительно труднее. Если его планы в чем-то совпадут с намерениями Играющего Черными, что ж, значит, все получат желаемое. Но идти под знамена Великого мастера милорду пока не хочется, несмотря на все преимущества.
Хоть соглашение и не было достигнуто, милорду было приятно познакомиться с Черным ларом, ставшим главной головной болью Восьмого департамента. Милорд всегда к услугам графа Моргана.
Герцог очень любезен, ответил тот, кого назвали Черным ларом, предложение принимается, и им не преминут воспользоваться.
- Так-так, - задумчиво сказал Сварог, выслушав рассказ Паколета, - а ведь я знаю, кто это. Черного лара мы упустили под Фиарноллом, это он - головная боль Гаудина. А герцога зовут милорд Орк, и в их встрече нет ничего удивительного. Спасибо за бдительность, Паколет. Воистину, даже у стен есть уши...
- В данном случае, у зеленых изгородей, командир, - улыбнулся Леверлин, - и надо следить, чтобы их не отстриг какой-нибудь садовник.
Сварог понимал, что сейчас он вряд ли сможет изловить Черного лара, но кое-какие меры предосторожности все-таки предпринял перед отъездом в Каталаун.
Деревни, лежащие в предгорьях, не пострадали. Но красивого белоснежного замка как не бывало - на его месте высилась груда камней, наваленная недавним оползнем. По словам очевидцев, замок просто провалился внутрь горы, как будто под ним разверзлась бездна, после чего стали разрушаться близлежащие скалы.
Толчки, редкие, но довольно сильные продолжались еще два дня, причем создавалось такое впечатление, что под землей, от центра хребта к равнинам, движется гигантский таран. Вскоре обнаружила себя и сама первопричина этих толчков, и Сварог с сожалением отметил, что мэтр Анрах в своих опасениях оказался на сто процентов прав.
В нескольких милях от королевского лагеря, прямо посреди богатой мирной деревни, вылез из-под земли, буквально взломав над собой гранитные пласты и почву, древний панцирный червь. Их, как и многих других, считали вымершими, даже находили пустые панцири, один такой даже был в Ремиденуме. Но одно дело пустой панцирь, а другое - червь воочию. Существо, пробивающее и прожигающее своим огненным дыханием базальтовые и гранитные толщи, огромное, бессмысленное, сравняло с землей деревню и снова ушло в недра. Все в один голос приписывали пробуждение червя действию Багровой звезды, Сварог же, как и следовало мудрому монарху, немедленно запросил все имеющиеся сведения об этих существах. Справедливо полагая, что зверюшка еще наделает бед, и придется с нею бороться.
Самую ощутимую помощь оказали монахи, предоставив Сварогу древние манускрипты с описанием червя. Там говорилось, что существа эти были весьма многочисленны четыре тысячи лет назад, но после Вьюги практически исчезли по непонятным причинам. Жили они на большой глубине, на поверхности показывались редко, и тогдашние маги умели с ними как-то ладить - звери помогали прокладывать подземные туннели. Сами по себе панцирные черви агрессивностью не отличались и к людоедству никакого отношения не имели. Вообще они считались мало чувствительными к магии, хотя однозначного мнения на этот счет не было.
Сварог задумался, почему же этот древний зверь, ни кровожадностью, ни агрессивностью ранее не отличавшийся, повел себя так? Почему он уничтожил деревню и проглотил половину ее населения... Мэтр Анрах и суровые братья в коричневых рясах считали, что червь перед пробуждением был изменен, подвергнут очень сильному воздействию темной магии. Просто четыре тысячи лет назад не было никакого дела темным до этих существ, или не было мага подобной силы. Да, подумал Сварог, здесь нужен был либо очень сильный маг, либо наука ларов. Есть даже стойкое подозрение, кто бы мог это изменение осуществить и зачем. И ведь никто не знает, какие достижения древнего знания успел раскопать Стахор... Вопрос был в том, что делать, если червь снова вылезет на поверхность.
Светлую мысль высказала вернувшаяся из Ямурлака Мара:
- Нас учили, что у таких громадин должно быть слабое, уязвимое место, которое легко поразить. Или мозг слабо защищен, или какой-нибудь важный нервный узел на поверхности... Где, ты говоришь, чучело его есть? В Ремиденуме? Поеду-ка я в Равену, посмотрю на него.
Мара уехала, а Сварог, для верности, озадачил тем же вопросом латеранских профессоров, прибавив, что если их гипотеза сработает, то университет и автор идеи получат крупную королевскую награду. То же самое Мара скажет в Ремиденуме. Вскоре Сварогу представился случай проверить все предложенные версии на деле: панцирный червь вылез на поверхность в густонаселенной местности, вблизи от одного из монастырей святого Роха, сровнял с землей богатую большую деревню и принялся за ее жителей. Монахи впервые открыто запросили помощи короля, да и на кого еще надеяться мирным подданным, как не на короля с его жутковатой славой и легендарным оружием? Братья первыми приняли на себя удар, да еще помогали уцелевшим людям.
Два платунга Черных Кирасир, расквартированных в том районе, тоже не ударили в грязь лицом и сделали, что могли, оцепили деревню, попытались обстрелять зверя. По всему было ясно, что дело придется решать королю, и Его Величество Сварог, положившись на удачу, топор и ловкость мары, отправился разбираться с червем. Мара, как всегда, полагала, что победа находится на лезвии ее меча, Сварог же думал, что здесь все не так просто.
Опасения Сварога многократно усилились, когда он увидел древнего зверя вблизи. Огромная - повыше двухэтажного дома - башка, покрытая плотно прилегающими друг к другу черными, отливающими металлом, чешуями, утыканная разной величины и формы не то рогами, не то бивнями, ворочалась посреди разоренной деревни, а хвост скрывался за холмом. Глаз чудовище, судя по всему, не имело, зато щупалец разного калибра, оснащенных шипами, клешнями и когтями, было в избытке. Этими щупальцами оно с большой ловкостью хватало все, казавшееся ему съедобным, и отправляло в невообразимую пасть, обрамленную впечатляющим частоколом алмазных зубов, похожих на акульи. Из пасти несло жаром, как из адской топки. При случае, червь мог дыхнуть огнем, не хуже легендарного Змея Горыныча. Там, где голова переходила в длинное тело, покрытое квадратными сросшимися плитами брони, видны были гибкие кольца, покрытые более мягкой кожей - иначе червь лишился бы возможности поворачивать голову.
- Ученые умы из Ремиденума полагают, что его слабое место как раз там, где кольца, - сказала Мара, невозмутимо разглядывая чудовище, - они говорят- Там должен располагаться важнейший нервный узел. Если не ошибаюсь, то прямо под кожей, если учитывать, что у червя панцирь вместо скелета.
- Забраться-то на него не трудно, главное под щупальца не попасть, - хмыкнул стоявший рядом с ними немолодой офицер.
- Пора, - глядя, как поворачивается червь, сказал Сварог.
- Ваше Величество, разрешите с Вами, - попросил воин, - не приведи Симаргл, одному-то против такой махины.
Сварог молча кивнул, мысленно перекрестился и побежал вниз по склону к червю, на ходу примериваясь, куда удобнее забросить веревку с крючьями. Удачно зацепившись за один из верхних рогов, Сварогу удалось подобраться к самому кольчатому сочленению и закрепиться. И тут червь почуял опасность, начал довольно резво вертеть головой из стороны в сторону, пытаясь сбросить непрошенного седока. Сварог, как мог, замахнулся Доран-ан-Тегом, ударил, и... Топор отскочил с такой силой, что его хозяин не удержался и слетел со спины чудовища. Червь понял, что избавился от человека и стал уползать из деревни.
Сварог был поражен и растерян: ну уж если топор Дорана червя не берет... Тем временем тот самый офицер, что попросился сопровождать короля, опередив даже Мару, ухватился за болтавшиеся на боку червя веревки и ловко полез наверх. За спиной у него была закреплена самая обыкновенная секира. И ему удалось сделать то, что оказалось не под силу королю. Секира легко рассекла мягкие кольца. По червю прошла судорога, он выгнулся кольцом, сбросив отважного кирасира. Чудовище издало дикий вопль, от которого люди попадали на землю, и застыло неподвижно - уже навсегда. Сварог первым бросился поднимать героя - тот успел откатиться подальше и отделался синяками.
Как только треволнения этого дня немного улеглись, Сварог подписал указ о награждении отважного лейтенанта орденом "Звезда отваги" и о переводе его в Особый королевский полк, созданный Сварогом несколько месяцев назад по совету Интагара.
При ближайшем рассмотрении лейтенант Черных кирасир произвел на Сварога весьма положительное впечатление. Ронин из древнего, но обедневшего дворянского рода, последние земельные владения которого располагались где-то поблизости, в отрогах Каталауна, Габриэль де Рэйвен прослужил в полку немало лет без всякой надежды на быстрое повышение. Полковник отзывался о нем, как о самом надежном человеке среди офицеров.
Будучи призван королем Сварогом для личной беседы, освоился быстро, но держался с подобающим почтением. Чем-то он напомнил Сварогу Шедариса.
- Да не огорчайтесь Вы, Ваше Величество, - сказал офицер, когда разговор коснулся победы над червем, - у нас в Каталауне рассказывают одну легенду о том, что это чудовище суждено было победить только простому смертному с обычным оружием в руках. А Ваш топор обычным никак не назовешь, да и сами Вы далеко не простой смертный. Так уж на облаках было написано...
Сварог усмехнулся и промолчал - ну раз уж на облаках... Надо бы получше к нему присмотреться в Латеране, подумал он, если этот офицер окажется подходящим человеком, то обеспечена еще одна кандидатура в штат Девятого департамента. Лейтенант был далеко не так прост, как казалось на первый взгляд. Бони, вон, тоже простак-простаком, подумал Сварог, а как достал свою дудочку...
Габриэль де Рэйвен оказался замечательным собеседником, знал множество местных легенд и сказаний о лесной Деве, Кернунносе и прочих малых и великих силах. Сварог отметил его необычную манеру носить парные мечи за спиной, и лейтенант поведал ему об искусстве и старинном оружии, передававшемся в их роду от отца к сыну.
В Латеране монарха ждали дела, в том числе и целый ворох списков лиц, представленных к различным государственным наградам. Подробно изучив представления, Сварог решил, что проще убить двух зайцев разом - устроить традиционный осенний прием и церемонию награждения отличившихся. Придется еще один вечер угробить на скучнейшее действо, мысленно вздохнул он, подписывая соответствующий указ, зато народ будет доволен...
За день до приема объявились те, о ком Сварог волновался - герцогиня Доран и ее спутники. У монарха точно камень с души свалился - их ведь запросто могло завалить в замке, да и червю на зуб попасться, тоже не самая большая радость в жизни.
Леди Виктори сильно изменилась, даже внешне, видимо, что-то такое с ними со всеми произошло... Во всех черточках ее лица сквозила тревога, в голосе проскальзывали напряженные нотки, и вообще вся она была, как натянутая струна.
- Я рад, что вы живы, и с вами всеми все в порядке, - сказал Сварог, усадив гостей за накрытый стол.
- Мы живы, это верно, - вздохнула леди Виктори, - но теперь мы все время убегаем. Мечемся с места на место, нигде подолгу не задерживаясь. Вы знаете, граф, что такое Темная Охота? При случае поинтересуйтесь у монахов или почитайте Св- Круахана. У него это очень живо описано.
- Когда это началось?
- Да почти сразу после Фиарнолльских событий. Плохо то, что я не придала значения первым мелким потрясениям. Знаете, довольно тяжело, когда Великий Мастер берется за вас всерьез...
- Совсем тяжко стало после разрушения замка. Все-таки, это было убежище, и неплохое, - добавил Даррен, - там была часовня, высеченная прямо в скале одним из святых. Кажется, Св. Рохом...
- И теперь они особенно свирепствуют, - с пониманием произнес Сварог, - Вы были в замке, когда произошел обвал?
- Да, милорд, - ответила герцогиня, - был период относительного затишья, и мы решили, что нас наконец-то оставили в покое. Я тогда серьезно занялась изучением заклинаний из вашего хелльстадского письма. Это нас и спасло. Первое, самое короткое, заклинание открывает Древнюю Дорогу, соединяющую разные места Талара. Мы называем ее Прямой Коридор. Насколько мы с Дарреном поняли, после Шторма эта дорога изменилась и стала опасной. Когда-то она соединяла самые крупные города, но многие из них теперь под водой, на месте других - горы, третьи вообще не понятно где... Но выход во все нынешние столицы там есть. Другое дело, что Коридор - он и есть коридор, со своими темными ответвлениями и тупиками.
- И что, вы знаете в Латеране место, откуда можно попасть в этот коридор? - спросил Сварог, памятуя о путешествии из Клойна в Равену.
- Да хоть отсюда, улыбнулась герцогиня, и на секунду стала похожа на ту, прежнюю, что встречала короля в теперь уже несуществующем горном замке, - эта словесная формула открывает его с любого места. Собственно, так мы и спаслись.
- А другие два? - жадно спросил Сварог.
- Это пути в два очень странных места, которые она называла в письме: Мерцающая корчма и Овраг. Я пока лишь приблизительно поняла, что это такое... Кстати, мы возвращаем письмо, как и обещали, - леди Виктори протянула Сварогу конверт, - Что делает четвертое заклинание, я не знаю, а времени выяснять уже нет... Попробуйте сами.
- Что теперь вы намерены предпринять? - осведомился монарх.
- Не знаю, - леди Виктори пожала плечами, - если ваше Величество дня на три приютит нас, было бы замечательно. Потом - снова в дорогу.
- Прямым Коридором?
- Можно и так. Дело в том, что коридор доступен всем без исключения, понимаете? И Тьме, и Свету. Найти могут и там.
- Но Вы же до сих пор успешно защищались.
- Да. Магией. А это изматывает почище многочасовой битвы на мечах. Вся оборона - дело рук Даррена, его ведь готовили к подобным сражениям. И, конечно, Одри, у девочки просто дар Божий чувствовать этих тварей за милю.
- Конечно, мне бы хотелось видеть вас всех завтра на Приеме, но в свете всех произошедших событий...
- Мы будем завтра на вашем Приеме, милорд, - сказал Даррен, - нам с Одри последний раз удалось основательно сбить их со следа. Да и у миледи есть свои причины для этого.
Сварог понимающе улыбнулся. Последнее время у него неплохо получалось предугадывать некоторые события, и он догадывался, что храбрый лейтенант Черных кирасир вполне может оказаться тем самым воином, что упоминался в предсказании из Города-над-Морем.
Прием был самый обычный: успевшие уже изрядно набить оскомину официальные церемонии, вручение орденов и медалей за особые заслуги перед государством, грандиозный ужин и бал. Среди награжденных был и лейтенант Рэйвен. Сварог заметил, что Даррен и Одри проявляют к офицеру живейший интерес, вскоре они уже все вместе о чем-то беседовали, а герцогиня Доран присоединилась к ним позже. Ну вот они и заполучили воина, подумал Сварог, а я потерял еще одного потенциального помощника, хотя у меня-то времени гораздо больше, и на пятки мне никто не наступает... Или наступает? Не рано ли я успокоился...
Понять и прочувствовать, что такое настоящая Темная Охота, Сварогу пришлось через пару дней, когда они с Марой решили проводить герцогиню и ее спутников в маленький храм Единого на окраине города, где у леди Виктори была назначена встреча с настоятелем. Удобнее всего и короче было пройти туда через Королевский Парк, расположенный на небезызвестных островах. Их остановили где-то на середине пути, на маленьком островке, сплошь заросшем колючим кустарником. Черные тени, напоминавшие людей в бесформенных балахонах с глубокими капюшонами, стали надвигаться на них отовсюду, точно просачиваясь сквозь кустарник, и хотя стоял яркий полдень, вокруг всадников стали постепенно сгущаться сумерки. Сварог включил кошачье зрение - картина мало изменилась, просто нападающие были видны яснее, а вот магическая сторона этого дела... У короля неприятно похолодело под ложечкой, и чувство опасности взвыло сиреной, когда круг замкнулся. Выбора им не оставили, и, вытаскивая из петли топор, Сварог почувствовал, как вибрирует его рукоять - оружие реагировало на опасность и просилось в бой.
Даррен и Одри сориентировались мгновенно, в ход пошла незнакомая магия, их накрыло легким серебристым куполом. В ответ на это у темных, в отвратительных шестипалых лапах появились тускло светящиеся лиловые шары, смотреть на которые ни магическим, ни обычным взглядом было невозможно - кружилась голова, начинала мерещиться всякая дрянь. Под действием этих дьявольских фиолетовых штуковин защитный купол начал распадаться, Одри со стоном схватилась за голову. Сварог переглянулся с герцогиней - придется драться всерьез. Леди Виктори согласно кивнула и потянула из ножен Доран-ан-Рагт.
Драться с порождениями Великого Мастера было ничуть не легче, чем с ротой великолепно обученных Вольных топоров. Но они все-таки отступали, Сварог боковым зрением видел, как сражается леди Виктори - то ослепительно-белым сверкал меч, то голубым вспыхивал кинжал. Ни одного лишнего движения, сразу видна школа Даррена. Замечал он и удивленные взгляды Мары, бросаемые на герцогиню - надо же, кто-то еще умеет неплохо владеть мечом... Когда на них особенно плотно насели, граф Гэйр по внезапно нахлынувшему наитию произнес негромко:
- Сила Дорана да пребудет с нами!
Яркая вспышка голубого сияния, осветившая все пространство боя, была ответом, и снова Сварогу показалось, что он видит лицо и слышит голос создателя дивного оружия: "Добро, дети мои!"... На этом сражение и закончилось - все их противники клочьями бурого, липкого тумана рассеяны были по кустам, и вокруг снова засиял день. Когда самые стойкие из нападавших с отвратительным воем рассыпались в прах, Сварог почувствовал, что он еле-еле держится на ногах, настолько сильным было напряжение. Не лучше выглядели и остальные. Но их ждали, и пришлось продолжать путь.
- Это еще не самое интересное, что с нами происходит в последнее время, - рассказывал по дороге Даррен, - главная опасность таких нападений в их частоте. Они не дают нам перевести дух, и силы наши не безграничны.
- Чем я могу вам помочь? - спросил Сварог.
- Не знаю... Если только найдете место, способное стать безопасным убежищем хотя бы на какое-то время. Только помните, что храмы и монастыри не подходят, ведь мы не имеем права рисковать чужими жизнями.
- А Хелльстад?
- Вряд ли. Для Великого Мастера тамошние чары не преграда. Но я надеюсь, что Вам, граф, повезет больше, чем нам, и был бы просто счастлив, если бы Вы сумели найти такое убежище, - печально произнес Лоцман, глядя на герцогиню, шедшую чуть впереди, - или хотя бы безопасный выход из этого мира. Последнее время у меня такое впечатление, что Великий Мастер расставил своих часовых на всех доступных нам Древних Дорогах...
Сварог подумал, что и ему, случись что непредвиденное, такое убежище не помешает. Да где ж его взять...
Первую дельную мысль на счет Убежища (именно так, с большой буквы Сварог теперь называл цель своих поисков) высказал, как ни странно, Карах. Герцогиня, как и все лары, имеет вполне земные, то есть таларские, корни, и где-то есть ее законные имения и развалины ее родового замка. Может, эти стены ей помогут?
- Вряд ли им теперь до этого, с темной Охотой на хвосте заниматься восстановлением родовых замков не очень-то сподручно, - мрачно усмехнулся Сварог, - хотя с таларским дворянством у нее проблем бы не возникло.
- Тогда стоит поискать в хелльстадской библиотеке, хозяин, - посоветовал домовой, - она будет побогаче местных, и гораздо древнее.
Эта мысль импонировала монарху, и вскоре он, наконец, выполнил свое давнее намерение - отправился в Хелльстад, собираясь основательно изучить содержимое библиотеки Вентордерана и фаларенов компьютер.
Поначалу монарх просто наслаждался атмосферой покоя и полным отсутствием придворной суеты. За очередным ужином, мирно, почти по-семейному беседуя с мэтром Лагефелем о событиях, произошедших за границами Хелльстада, граф межу делом рассказал и о леди Виктори, и о Темной Охоте.
Лагефель нахмурился и покачал головой:
- Случаи, когда Великий Мастер выпускал своих Гончих, можно пересчитать по пальцам. Ваши друзья, милорд, ему серьезно мешают, раз он привел в действие т а к о й аргумент. Насколько мне удалось выяснить, спасшихся от Темной Охоты известно только двое: один - некий монах, сила веры которого была столь велика, что Гончие и Охотники просто не посмели к нему приблизиться, а второй - Катберт-Молот, который просто перебил половину высланной против него нечисти. Лары и простые смертные были, как правило, обречены, если им негде было укрыться.
- Вот в том-то и дело, милейший Лагефель, - сказал Сварог, закуривая, - у них было такое место, но теперь оно разрушено.
- А знаете, Ваше Величество, когда-то давным-давно Ваш предшественник, король Фаларен, был весьма увлечен одной идеей... По началу и он испытывал страх перед Великим мастером, это уж потом он утвердился в мысли, что стоит над схваткой сил добра и зла. Так вот, он рассказывал о легендарном идеальном Убежище - это старинная легенда, ее появление относят к периоду между Штормом и Вьюгой. И ходила она, как ни странно, в основном среди ларов.
- Ну-ну, не тяните, мэтр, рассказывайте. Последнее время я очень серьезно отношусь к старинным легендам. Вон, панцирный червь тоже стал легендой, однако в наше смутное время...
- Я знаю только то, что рассказывал Фаларен. Ни в компьютере, ни в библиотеке я не нашел даже упоминания об этом, - развел руками библиотекарь, - А тогда говорили о том, что парит в таларском небе, среди маноров, сотворенных наукой и магией ларов, совершенно необычный манор. Он появляется то там, то здесь, то совсем близко к земле, то слишком высоко даже для ларов, то пропадает совсем. Говорили, что туда можно попасть и Древними Дорогами, и обычным путем, но не всем и не всегда. И говорили, что если он висит низко, то на земле на многие мили вокруг не остается никакой нечисти. И не то чтобы слуги Князя Тьмы боялись этого... Они просто перестают замечать этот участок земли и тех, кто там живет.
- А что он из себя представляет, этот манор?
- Я больше ничего не знаю, государь, - ответил Лагефель, - но Вы-то можете узнать больше. Поищите за облаками, Вы же дружите с императрицей. Попросите разрешить Вам доступ в библиотеку Келл-Инира.
- А это мысль, дорогой мэтр. Обязательно последую Вашему совету. Но Вы уверены, что в Вентордеране мы ничего не найдем на эту тему?
- Уверен, Ваше Величество, я искал, и искал долго.
- Ладно, не расстраивайтесь, если мне удастся что-либо раскопать, обязательно Вам расскажу, - улыбнулся Сварог.
Быстро попасть в императорский дворец не получилось, да и не хотелось уставшему от дел Сварогу быстро покидать дружелюбный и преданный живой замок. Все-таки чертовски приятно чувствовать, что тебе здесь рады.
Он уделил несколько дней на то, чтобы овладеть простейшими функциями Фаларенова компьютера, с помощью того же Лагефеля узнал и о тех местах, куда вели некоторые Древние Дороги, в том числе и тех, что упоминались в письме. Оба пути были заложены в память компьютера, и Сварог чуть было не последовал достопамятному примеру Яны, да вовремя образумился. Слишком много дел было на Таларе, да и местечко выглядело не очень-то располагающе. Действительно, глубокий овраг и дорога, идущая по его дну. Странные тени окружали дорогу, странные деревья росли там, даже небо, в тот момент, судя по всему, ночное, было странным.
Корчма же была действительно "мерцающей". Большой приземистый дом на перекрестке то появлялся, то исчезал, и Сварогу была видна пустая площадь, какие-то указатели на деревянном покосившемся столбе, и колодец, который никуда не исчезал. Там, сколько Сварог не заглядывал, всегда царили лиловые сумерки, и в небе неизменно висел полный Семел. Иногда было видно, как из корчмы выходили какие-то люди и отправлялись куда-то по своим делам, а один даже обернулся и кивнул Сварогу, будто увидел его.
Королю было чрезвычайно интересно наблюдать и за Хелльстадскими границами, он бы посвятил этому увлекательному занятию еще несколько дней, не отвлеки его внимание таш. Как всегда не вовремя, его присутствия требовал имперский консул - в Канцелярию Земных Дел требовался очередной ворох отчетов по делам Трех королевств, более того, юный граф Элкон был готов представить новую систему слежения за эфиром Талара, а наиболее полно это можно сделать из его лаборатории в Кел-Инире.
Ну что ж, вот и попробуем порешать все проблемы все проблемы сразу, подумал Сварог, надо попробовать разузнать о Блуждающем маноре, кто знает, может, это действительно шанс для леди Виктори, да и для него тоже.
Первым делом, избавившись в Канцелярии от кипы бумаг и нанеся визит Новогодней Елке, Сварог отправился к Яне. Императрица весьма обрадовалась его визиту. Через Элкона и по официальным источникам она знала, что творится в Свароговых владениях, поэтому все ее вопросы были о Черве. Сварог, как мог подробнее, рассказал ей о сражении с чудовищем и об отважном лейтенанте, а потом и о легенде, услышанной от Лагефеля.
-Да, я тоже слышала об этом, еще ребенком, от отца, - без особого энтузиазма кивнула Яна, - но это же чистой воды миф, мираж! Видели его в свое время многие, да и потом он появлялся, но никакие приборы его не фиксируют. Магистериум утверждает, что это просто темпоральный мираж, которые периодически возникают после Шторма. Видение из далекого прошлого.
- А нельзя поискать что-нибудь об этом в библиотеке? У тебя там пылятся без дела такие замечательные книги, - попросил Сварог.
Яна скроила разочарованную мордашку.
- Да пожалуйста, ищи, - пожала она плечами, - хотя у меня на счет твоего пребывания здесь были другие задумки... Заодно и мне доложишь, если чего найдешь.
И Сварог приступил, взяв в помощники дотошного Караха. Делом это оказалось нелегким - книг и летописей, относящихся к периоду между Штормом и Вьюгой, было достаточно, но все они были в весьма плачевном состоянии, и нужную информацию отыскать среди них - все равно, что иголку в стоге сена. Повезло им почти через неделю упорного труда, это оказались скорее мемуары очевидца, нежели историческая хроника.
Некий маркиз Геро описывал Блуждающий манор, который он наблюдал очень близко из виманы. По его словам, был это кусок земли, вырванный и заброшенный в небо Талара Штормом. Несколько строений, что находились в этом маноре, напоминали храм, что считался древним задолго до катаклизма. Маркиз попытался совершить посадку, дабы рассмотреть поближе строения, прятавшиеся в довольно густом тумане, но манор просто исчез.
- Н-да, не густо, - вздохнул Сварог, откладывая толстую книгу в кожаном переплете, - судя по всему, высадиться в этом маноре никому не удавалось.
- А у меня тут нашлось-таки одно свидетельство, - проговорил Карах, выглядывая из-за груды разнокалиберных пыльных фолиантов, - Только тут совсем мало, вот, почитай, - он протянул Сварогу несколько листочков, написанных от руки и обгоревших по одному краю.
"...Здесь странный воздух - звонкий, чистый, бодрящий, как ранним утром на берегу чистой реки. Наверное, этому способствуют ручейки - сотни ручейков, текущих отовсюду, собирающихся в маленькие водоемы. Здесь вообще много воды - очень чистой и холодной, там, где летающий островок обрывается в пустоту, она стекает вниз и разлетается хрустальными каплями. В мягкой густой траве множество красивых цветов, белых и голубых, в наших садах и на Таларе я никогда таких не видел.
.В самом центре этого дивного манора - древний храм, настолько древний, что даже я, посвятивший свою жизнь изучению нашего прошлого до Шторма, не могу сказать, к какой эпохе он относится, какому богу или богине он посвящен... Частично постройки разрушены, но основное здание сохранилось прекрасно.
Удивительное чувство возникает внутри, когда поднимаешься по белоснежным ступеням к храму: раскаяние в прошлых проступках, сожаление о том важном, что мог сделать, но не сумел или не успел... Отторжение всего злого и нечистого... Тоска о горнем и светлом, чего так мало в жизни. Предчувствие чего-то прекрасного, что еще будет... Я так и не смог войти в храм, не смог преодолеть ощущения, что еще не достоин, не готов... Только смотрел на пьедестал со смутно проступающей сквозь теплое золотистое сияние статуей. Я не отношу себя к последователям какой-либо религии из ныне существующих, но, клянусь, я понял, что здесь, в этом древнем храме, присутствует истинное божество, и божество светлое. Когда-то очень давно в него верили множество людей, молились в этом святилище. Как жаль, что мы ничего не знаем об этом, и уже никогда не узнаем.
Я так задумался, сидя на ступенях храма, что пропустил момент, когда все вокруг изменилось - освещение, небо, кажется, даже само пространство, где парил манор. Это более не был Талар. Из-за края летящего острова вставало незнакомое, огромное бледно-зеленое солнце, в небе появились какие-то летающие создания, я бы сказал, что это были драконы, но они пели... И внизу, совсем недалеко, плескались прозрачно-зеленые волны чужого моря. А потом снова перемена - небо стало темным, но не черным, а глубоко синим и совершенно беззвездным, и казалось, что здесь нет звезд, и никогда не было, а внизу простирались огромные, залитые шевелящимся туманом, пространства, где ровное голубоватое свечение исходило от редких горных вершин над туманом. И здесь звучала невероятно прекрасная и торжественная музыка... А затем я снова увидел знакомые созвездия и серп Семела. Я понял, что время мое заканчивается.
Я больше никогда не видел Блуждающий манор, но тоска о том дивном месте, где нет, и никогда не было зла..."
На этом запись обрывалась, и далее следовали совершенно не относящиеся к делу сведения, написанные другим почерком
- А он был поэтом, этот неизвестный лар, - задумчиво произнес Сварог, удивляясь тому щемящему чувству, что вызвали в нем слова, написанные четыре тысячи лет назад, - надо же, место, где нет, и не было зла.
- А вот тут написано, что Блуждающий манор магам не удалось увидеть с помощью зеркал, шаров и прочих приспособлений, - подал голос Карах, - у меня такое впечатление, хозяин, что там вообще никакая магия не действует.
- Кроме магии присущей хозяину этого места, - уточнил Сварог, - иначе, откуда там взялась вся эта красота. Жаль, что сохранился только этот фрагмент, и мы не можем узнать, как он туда попал.
- Хозяин, ведь можно еще спросить об этом и у магов, в Мистериоре, - посоветовал в очередной раз домовой.
- А ведь верно, - согласился граф Гэйр, - они если и не знают достоверно, то уж идею какую-нибудь подкинут. Как говорили в моем мире, попытка - не пытка.
Яна результатами их поисков была откровенно разочарована:
- И стоило ради этого столько времени нюхать книжную пыль? Ради обрывка письма и десятка косвенных свидетельств, - очаровательно нахмурившись, сказала она, - дался Вам этот манор, граф, охота Вам за миражами гоняться и искать вчерашний день. И куда Вы теперь? Небось, в Магистериум? Или в Мистериор?
- Мысли изволите читать, Ваше императорское Величество? - улыбнулся Сварог.
- Так, самую малость, - оттаяла Яна, - Мистериор-то вас вряд ли до своих фолиантов допустит, хотя они могут заинтересоваться Вашей идеей. Поезжайте, граф, Вы ведь знаете, к кому обратиться.
Тигернаха Сварог не нашел - маг отбыл куда-то по своим таинственным делам, и графу пришлось ограничиться письмом, с приглашением посетить манор Гэйр для конфиденциальной беседы. Вечером, в маноре графа, чародея принимали по всем правилам.
Мэтр Тигернах был не на шутку обеспокоен, выслушав рассказ Сварога о земных делах, о Древних Дорогах скептически заметил, что не стоит на них слишком уж полагаться. А когда граф начал рассказывать о таларских злоключениях герцогини Доран, Тигернах вскочил и нервно зашагал по кабинету.
- Я говорил ей, что рано или поздно она столкнется с Великим Мастером, если не оставит попыток разыскать Вашего отца, - сказал он, - если бы она хоть раз меня послушала! Но леди Виктори, к сожалению, очень похожа на своего исчезнувшего друга, и не менее упряма. Она даже не представляет как это опасно - в одиночку бороться с ним.
- Уже представляет, уважаемый мэтр. И, к счастью, она не одна, у нее есть надежные друзья, которые во всем помогают ей. Насколько я понимаю, она в серьез собирается возвращаться в Город-над-Морем.
- Да, я понимаю, рядом с ней хорошие люди, но смогут ли они ее защитить? Леди Виктори сама - весьма неплохой маг, я смело могу сказать, что она была лучшей моей ученицей... Но ее силы не бесконечны, - печально улыбнулся Тигернах.
- С ней Лоцман, а он очень сильный волшебник, я лично имел возможность убедиться в этом, кроме того, для него открыты все Древние Дороги и пути между мирами. Правда, он рискует жизнью каждый раз, когда применяет какое-либо сильное заклинание. А еще есть Одри - юная колдунья из исчезнувшего Фиортена, и лейтенант Рэйвен - победитель того самого червя, которого не смог одолеть Ваш покорный слуга.
- Я помню Лоцмана, видел его однажды - Даррен, кажется? Он тоже чужой, из иного мира, как мне известно, потому и возникают трудности с магией. Что ж, если уж она взялась за какое-то дело, то обязательно доведет его до конца, будь то исполнение древнего пророчества или вышивание крестом. Как Вы думаете, граф, мы можем чем-нибудь помочь ей?
Сварог понял, что можно переходить к столь интересующей его теме.
- Им нужно убежище, и убежище надежное. Честно говоря, я бы и сам от такого не отказался. А им уже сейчас нужно где-то по-настоящему отдохнуть, восстановить силы. Из-за Темной Охоты они нигде подолгу не останавливаются, а монастыри просто не смогут долго сдерживать Охотников. Да и все ближние Дороги наверняка перекрыты.
- Боже Пресветлый! - воскликнул Тигернах, - Темная Охота! И как давно их преследуют?
- Почти с момента Фиарнольских событий, когда мы так неудачно пытались найти моего отца, - ответил Сварог.
- Значит, вы были на правильном пути, и, скорее всего, поиски увенчались бы успехом, не вмешайся тогда Горрот, - задумчиво проговорил маг.
- Но совсем тяжело стало после разрушения замка Деверо, там была какая-то древняя часовня, чуть ли не самого Св- Роха.
- Понятно, - печально кивнул Тигернах, - Господи, и я ничем не могу им помочь, разве что самому путешествовать с ними... Или... У Вас есть какие-нибудь задумки, милорд? Ведь не зря же вы меня позвали.
А он куда более взволнован, чем хочет казаться, отметил про себя Сварог, и судьба леди Виктори ему почему-то небезразлична, и совсем не так он за нее переживает, как переживал бы просто учитель за ученика. Как странно иногда связаны люди... В свое время мне показалось, что ею как-то особенно заинтересовался Гаудин, и я списал это на его извечную подозрительность, теперь маг из Мистериора. Узел судьбы, как сказал Даррен, а герцогиня когда-то говорила о том, что такие, как он, Сварог, и ему подобные, на кого пал выбор высших сил, обладают мало кем замеченным свойством притягивать к себе самых разных людей, изменяя тем самым их судьбы и, в конечном итоге, даже историю.
Из задумчивости его вывел голос Тигернаха:
- Я ни за что не поверю, что у вас в запасе нет ни одной идеи.
- Есть одна. Знаете, я вряд ли могу назвать эту идею вполне реальной и легко исполнимой, это только догадка, не более, - проговорил Сварог, - Что Вы знаете о Блуждающем маноре, мэтр?
Тигернах удивленно вскинул брови:
- Удивительно, что Вы об этом знаете, я думал, на земле о нем давно забыли, да и здесь помнят единицы. Древняя легенда о заброшенном в небо кусочке Талара. Только это не миф, просто очередной, сотворенный штормом феномен, фрагмент древнего материка и храм на нем. Вы полагаете, он может служить убежищем? Мы ведь не знаем, что за магия там действует, она не наша, и не магия Изначальных, и земные колдуны ничего не могут о ней сказать.
- Но ведь он существует? Значит, можно его найти?
- Можно. Более того, его недавно видели, правда, очень кратковременно и на очень высокой орбите. А за последние три тысячи лет он появлялся всего несколько раз. Но я не знаю, как туда попасть, разве что его хозяин или хозяйка захочет вам помочь.
- А почему он так странно себя ведет: то появляется, то исчезает, мгновенно перемещаясь в чужие пространства, - спросил Сварог, - и почему его нельзя увидеть ни в ваши хрустальные шары, ни в замысловатые приборы Магистериума?
- Чужие пространства, говорите... Я не совсем с этим согласен, но доказать свое предположение ничем не могу. Возможно, он перемещается в мирах, которые "привязаны" к Талару, в Заводях и Соседних Страницах, а может быть, он движется во времени или временах. И не все магические приспособления бессильны его увидеть. С шарами и простыми зеркалами действительно все обстоит именно так, но это и понятно, они - создания нашей магии. Но есть один древний артефакт, принцип действия которого нам понятен едва ли на десять процентов, так называемое Двойное Зеркало. Так вот он "видит" Блуждающий манор, и это неоднократно было зафиксировано нашими наблюдателями. Но работать с ним крайне опасно. А в Магистериуме просто не понимают, что фиксируют их приборы, - Тигернах презрительно улыбнулся, - поэтому официально манора нет. А на счет всего остального... Не знаю. Могу только предложить Вам свои собственные догадки, которые, как и Ваши, ничем не подтверждены. Есть еще одна очень старая легенда, она живет на Таларе и сейчас, правда уже очень мало тех, кто помнит ее целиком.
Выслушав с величайшим вниманием мэтра Тигернаха, Сварог, все еще пребывая под впечатлением от красивой легенды о храме Всемогущего Времени, осознал, что видел уже где-то нечто подобное. Храм - не храм... Вот оно что! Тот памятный зиккурат на Димерее, где находилась дверь на Тропу. Как тогда говорил рихар: зеркальная ось времени, которая в каждом мире выглядит по-своему. Может быть, на Таларе этот Храм-Дверь-Ось выглядит именно так?
По версии же мага получалось, что храм, выстроенный древней, возможно самой первой расой Талара, был посвящен такой высокой и светлой Сущности, что ему не страшно было само время. Возможно, в последующем, имя было утеряно, но суть осталась, переродившись в почитание самого Времени Всемогущего. С веками, от эпохи к эпохе, влияние Силы, именуемой Великий Мастер, усиливалось, и древнее божество, все еще могущественное, оградило свое последнее владение неведомой магией. Какие тайны хранит это божество и действительно ли оно властно над временем...
Теперь уже Сварога занимал вопрос, как все-таки попасть в Блуждающий манор, дабы подтвердить или же опровергнуть свои подозрения на счет сходства с димерейским зиккуратом- Вполне возможно, что там присутствует все вместе - и храм древней Сущности, и отражение оси времени. Значит, должны обязательно быть Хранители, и еще не известно, как они отреагируют на появление непрошенных гостей...
Что ж, результаты всех предпринятых изысканий принесли некоторое удовлетворение - Сварог знал точно, что Блуждающий манор - не сказка, осталось только найти способ попасть туда. С чужой магией шутки плохи... Но на земле его ждали дела, надо было что-то предпринимать в Ямурлаке и Иллюзоре, неладное творилось и в завоеванном, но не оставившем свои темные замашки Харлане: Время покажет, подумал он, направляя свой брагант к посадочной площадке королевского дворца в Латеране.
И потекли напряженные будни, которые и у короля - будни.



 
Skype MeT! Счетчик посещений Counter.CO.KZ - бесплатный счетчик на любой вкус!