Предыдущая   На главную   Содержание   Следующая
 
 
НАХОДКА КАЙСЫ



'Есть на Сильване одно отсталое племя.
До сих пор по праздникам приносят своему идолу в жертву новорожденных'.
(ЛО, стр.29-30)

Сильвана, 16 лет назад (маленькое предисловие)
Она лежала на удобном ложе, покрытом звериными шкурами. Следовало поберечь силы. Уже скоро: Никто из ее бывшего окружения не понимал, как она могла пойти на это. Она и сама порой не понимала. Но - что сделано, то сделано. Остается лишь завершить. Обратного пути нет, как нет больше Келиндат, служительницы Ашореми, жрицы Первого круга посвящения. Есть лишь Рыжая Кайса, колдунья из-за гор, пять месяцев назад принятая полудиким лесным племенем. Она осторожно тронула руками свой большой живот, и ребенок моментально отозвался радостными толчками. Скоро:

Келл-Инир, 12 Фиона 5509 Небесного Года
Церемония Первой аудиенции у Императрицы Четырех Миров считалась одной из самых нудных и затянутых. Новоявленная королева Сегура должна была явиться пред светлые очи Яны-Алентевиты со всем надлежащим антуражем для официального представления. Королева весьма неуютно чувствовала себя в роли цирковой обезьянки, на которую были устремлены взоры всех присутствующих, но почти никто из них этого не замечал. Лишь те, кто достаточно близко знал ее, могли понять по мельчайшим признакам, что по прошествии двух часов однообразных расшаркиваний Мара уже откровенно зверела, но крепилась изо всех сил. Бархатная парадная мантия, украшенная золотым шитьем, многочисленные ордена, золотая корона - все это настолько ощутимо гнуло вниз, что даже ее тренированное тело проявляло недовольство. Тонкие сильные пальцы на королевском посохе то сжимались до белизны, то начинали нервно шевелиться. Казалось, еще немного - и она стремительным ударом сломает свою регалию об голову очередного раззолоченного болвана, кланяющегося ей со стандартной придворной улыбкой на холеной физиономии. Но приходилось терпеть. Что ж, осуществление давней детской мечты стоило такой цены. Тем более что вытерпеть подобное издевательство предстояло лишь один раз. Все прочие церемонии, коим могла подвергнуться в будущем Мара I Сегурская, были не в пример короче и обыденнее.
Большой Тронный зал заоблачного дворца Келл-Инир нестерпимо сверкал от обилия золота и драгоценных камней, покрывавших толстым слоем собравшуюся в нем публику: чиновники Двора, камергеры, фрейлины, караул Бриллиантовых Пикинеров, лакеи в парадных ливреях, несчетная толпа титулованных дворцовых прихлебателей, многочисленная приглашенная публика из числа как небесного, так и земного дворянства, с семьями и без... Особо выделялся распорядитель церемонии, Его императорское высочество принц короны Диамер-Сонирил, он же Рождественская Елка, увешанный по своему обыкновению снизу доверху многочисленными регалиями. На фоне всего этого пышного великолепия наряд Мары выглядел несколько бледно, что, впрочем, вполне соответствовало статусу правительницы пусть и абсолютно суверенного, но все равно одного из беднейших земных королевств. Еще скромнее выглядели державшиеся на полшага позади королевы ее первый министр и начальник королевского кабинета ('наследие проклятого прошлого', как соизволил давеча высказаться в их адрес в приватной беседе король Хелльстада и прочая, и прочая, ныне присутствовавший здесь же в числе почетных гостей). Их синие с красным шитьем парадные камзолы без единого ордена смотрелись и вовсе по-сиротски. Наград они лишились совсем недавно, во время молниеносной ревизии, проведенной Марой в своем новообретенном хозяйстве. Присутствие данных особ требовалось по протоколу, и будь на то их воля, они бы с радостью отказались от столь высокой чести, а Мара не стала бы настаивать, но положение обязывало: На лицах обоих сегурских царедворцев лежала печать уныния, вызванная мыслями о скорой отставке, о которой они уже были извещены официально в выражениях, не допускающих двойного толкования. В своих нынешних должностях им предстояло пробыть строго до окончания церемонии, после чего надлежало немедленно покинуть Келл-Инир любым доступным способом, затем в течение суток собрать манатки и убираться с Сегура 'к русалочьей матери на все восемь сторон света', как было дословно записано в соответствующих указах. Знай эти господа в подробностях, какая живая и непосредственная личность досталась им в королевы, они были бы сейчас не в пример веселее, потому что, как ни крути, отставка - наименьшее зло из того богатого набора неприятностей, которые могла бы причинить им сия юная особа, окажись она в тот момент в дурном расположении духа. (Обеспечение отставных царедворцев транспортом для возвращения на землю Сварог любезно взял на себя, прекрасно зная нравы своей новоявленной венценосной сестры, коей вовсе не прибавила кротости длительная изматывающая церемония, что могло закончиться для проштрафившихся сановников чем угодно, вплоть до полета вниз без каких-либо подручных средств).
Наконец, монотонный звук, состоявший из шуршания изысканных нарядов, звона драгоценностей и невнятных голосов, пересказывающих последние придворные сплетни, перекрыл звучный рев глашатаев:
- Ее Императорское Величество Яна-Алентевита, Императрица Четырех Миров!
Оглушительно грянули фанфары, Бриллиантовые Пикинеры взяли 'на караул' и замерли как статуи, плавно распахнулись тяжелые двери сильванского красного дерева, украшенные тончайшей инкрустацией, настолько огромные, что в них, пожалуй, мог бы уверенно пройти не снижая крейсерской скорости дирижабль класса 'Граф Цепеллин', и Высокая Госпожа Небес в умопомрачительном наряде из кипенно-белых кружев и доброй сотни сверкающих бриллиантов величественно прошествовала к трону.
- Приблизься и преклонись! - голос Яны был необычайно чист и торжественен. Чувствовалось, что она получает нешуточное удовольствие от происходящего. Мара подошла к трону, опустилась на колено, почтительно склонила голову:
- Я приветствую тебя и принимаю в Высокую семью отныне и навсегда, моя младшая сестра! Встань и подними лицо, ибо ты достойна!
Мара повиновалась, и их глаза впервые встретились:

Яна в задумчивости смотрела в огромное окно своего кабинета. Еще ни разу за свою недолгую жизнь она не была так озадачена. Никогда ее не терзали такие смутные, непонятные мысли. Что же настолько ее смутило? Почему она никак не может выкинуть из головы эту рыжую девчонку? Она была весьма наслышана о боевой подруге лорда Сварога и давно хотела лично с ней познакомиться, хотя эту встречу на официальной церемонии нельзя было назвать знакомством. Обмен стандартными заученными фразами, строго выверенные жесты и перемещения: Что же произошло? Неужели все дело лишь в жутковатой репутации дикой кошки? Могло ли этого быть достаточно для того, чтобы Высокая Госпожа Небес, приученная контролировать свои эмоции, защищенная от любого воздействия самой могучей магией из всего, что было доселе известно, испытала секундную оторопь, взглянув в ее глаза, до того момента нисколько не смущенные и даже слегка нахальные? И по тому, как резко изменились эти глаза, она поняла, что оторопь, похоже, была взаимной:
Юная императрица решительно подошла к столу, взяла золотой колокольчик, резко встряхнула его и, мгновенно натянув на лицо официально-надменную маску, приказала выросшему в дверях секретарю:
- Подготовьте приглашение на личную аудиенцию королеве Сегура. Не менее часа. Срок - ближайший из возможных. Характер аудиенции - неофициальный. Исполняйте.
Определенно, за всем этим крылась какая-то загадка. Следовало ее разгадать, и начинать надо с нормального полноценного знакомства с младшей венценосной сестрой.

Мара шла к вимане Сварога, ожидавшей ее на лужайке перед главным зданием дворцового комплекса в ряду многочисленных летательных аппаратов, готовых развезти по манорам своих господ. В голове ее царил изрядный сумбур. Конечно, можно было списать все на усталость после непривычно роскошной и чрезмерно затянутой церемонии, но с этим-то она бы справилась быстро, благо подготовка позволяла переносить без ущерба для психики еще и не такие нагрузки. В чем же тогда дело? Почему до сих пор она никак не может отделаться от видения небесно-голубых глаз Яны, глядящих на нее с плохо скрытым изумлением? Чего такого необычного могло быть в ее облике? Всего лишь еще одна королева, сколько их она уже перевидала за свое правление: - 'И почему я сама так смутилась в тот момент? Подумаешь, императрица! Видала я ее по телевизору, и не один раз: Теперь эта небесная красотка - старшая сестра, однако. С прибавлением, Ваше величество!'

Лорд Гаудин откинулся на спинку кресла и остановил воспроизведение. Он просматривал запись этого момента церемонии уже не первый раз. С разных точек, с предельным увеличением, с нормальной скоростью, в замедленном режиме, покадрово : Сущая мелочь, но тем не менее: Обостренное чутье крайне редко подводило матерого профессионала. Эта запинка на долю секунды, эта непонятная тень, набежавшая на лицо Яны во время произнесения очередной ритуальной фразы: То, как при этом едва заметно дернулась прелестная головка Мары, будто отшатнувшейся от чего-то, как расширились на миг зрачки ее глаз: Да, сомнений не оставалось. Обе девчонки что-то почувствовали. Что?..

В немыслимой дали, в крошечной хижине посреди дремучего леса, покрывавшего добрую четверть крупнейшего континента Сильваны, Рыжая Кайса оторвалась от хрустального шара. Ее глаза были затуманены, в голове звенела пустота. Так всегда бывало после того, как она концентрировала все силы для столь далекого 'проникновения'. Лелюш, смуглая черноглазая девица с копной смоляных кудрей, свисавших на лицо, смотрела из угла на свою мать, приоткрыв рот. Она слегка побаивалась ее, особенно в такие моменты, абсолютно не понятные ее разуму, до сих пор не догнавшему по развитию совсем уже взрослое тело. Мать-колдунья: Здорово, хотя и страшновато: Ей ни разу не приходило в голову, что та, которую она считала матерью, вовсе ею не была. Шестнадцать лет назад Кайса подобрала новорожденную девочку, оставленную шаманами племени в лесной чаще у идола, подменив ее своей родной дочерью. Она успела завершить свое дело, совсем ненадолго опередив таинственных незнакомцев, вовсе и не догадывавшихся, дочь какого отца попала им в руки:
Колдунья постепенно выходила из транса, что-то тихо шепча. Если бы Лелюш прислушалась, она смогла бы разобрать слова, но смысл вряд ли стал бы ей понятен.
- Ну вот: Все сбывается: Доченька, держись: Будь молодцом:
Одна из величайших тайн Империи Четырех Миров доживала последние дни и вот-вот должна была раскрыться.

Творение Боцмана 20 сентября 2007 года
 
Skype MeT! Счетчик посещений Counter.CO.KZ - бесплатный счетчик на любой вкус!