Предыдущая   На главную   Содержание   Следующая
 
"Вино, золото и слезы. " из сочинений Олакса
 
Вино, золото и слезы.

Жена капитана корабля, проживающая вместе с ним на борту, имеет привилегию - быстроту карьерного роста. Это конечно если она не дура и муж под каблучком. Чари дурой не была. Что же до мужа, то: Подкаблучником он конечно же не был, но ее просьбе уступил(можно подумать у него был выбор!).
А просьба была простая - Чари захотелось отстоять вахту в качестве вахтенного офицера. Самостоятельно отстоять, для чего Чари выбрала ночное время - когда капитан спит. Муж разрешил при условии, что это будет вдали от берега, в отрытом море - чтобы избежать неприятностей, связанных с мелями, рифами, скалами и прочим.
Шли они с грузом 'Драконьей крови' для царя Гипербореи, и уже находились на Сильване. Груз нужно сказать был срочный - царь что-то там собирался праздновать, то ли юбилей самого себя любимого, то ли сезонное обострение внутриклассовой борьбы, сопровождаемое посадкой всех заговорщиков на кол. И вино ему требовалось не позже, чем через три дня, если они опоздают - царский контракт аннулируется, и им придется самим бегать по Сильване в поисках покупателя.
Несмотря на столь жесткие условия, на борту 'Морской Лилии' все были спокойны - им оставалось еще около суток до пункта назначения, и двое суток было про запас - на случай изменения направления ветра, непогоды, штиля. Да и опоздай они к сроку - покупателя на 'Драконью кровь' найти несложно, хотя заплатит он явно не по-царски.
Итак, мечта Чари сбылась - она несла свою первую вахту. Как водится, первый блин вышел комом. Она задремала, задремал и рулевой - бриг отклонился от курса. Девушка конечно же проснулась и исправила ошибку, но несколько миль в сторону бриг уже успел пройти. Вроде бы не страшно, но 'Морская Лилия' попала в полосу морского течения, и боковой дрейф брига продолжал расти.
Размер ошибки стал ясен к полудню, когда показался берег - они отклонились на сорок миль вправо. Мыс Херолент был слева по курсу, тогда как по расчетам должен быть справа. Сорок миль - пять часов хода в открытом море, но они были у берега, а это - часов шестнадцать-двадцать на лавирование против ветра. Чари честно призналась в своей ошибке мужу, но тот только улыбнулся, сказав, что первую свою вахту он отнес еще хуже чем она.
- Врет, наверное, - подумала Чари, - Но все равно приятно.
Скалистый берег, вдоль которого они шли, был изрезан небольшими бухточками, пригодными для стоянки судов, однако места были практически необитаемые - горы мешали созданию нормальных дорог - тропы и не более, территории для строительства домов у берега тоже не было, да и с пресной водой было не очень.
* * *
Чари очень хотелось загладить свою вину, за допущенную ошибку, и она торчала на мостике, пялясь во все стороны, воображая, что осматривает горизонт на предмет появления внезапных опасностей. По ее мнению, этими действиями она вносила неоценимый вклад в обеспечение навигационной безопасности 'Морской Лилии'. Именно эти бестолковые зрительные упражнения и позволили заметить на берегу блеск, который ни с чем другим спутать невозможно - блеск золота.
О чем она тут же радостно завопила, указывая направление в сторону берега. Время у 'Морской Лилии' в запасе еще было, и ее муж приказал повернуть в сторону берега. Может, действительно девчонке не померещилось? Не померещилось! Этот блеск, вскоре заметили многие. Команда 'Морской Лилии' радостно заволновалась.
В подзорные трубы разглядели двухэтажный домик, каких-то закругленных очертаний, с настежь распахнутой двухстворчатой входной дверью, и блестело именно оттуда - что-то внутри дома, из-за распахнутых дверей.
К самому берегу из-за глубин приблизиться было невозможно, и 'Морская Лилия' стала на якорь в двух кабельтовых от берега, чуть в стороне от домика. Желающих отправиться на берег было слишком много, и капитану брига пришлось лично выбирать тех, кто отправится исследовать странную находку. По мере того, как шлюпка приближалась к цели, открывались все новые детали и подробности необычного жилища - острые углы в его конструкции отсутствовали, архитектура была явно не сильванской, да и на таларскую она тоже не походила. Не понятно было и то, кто и как сумел построить этот дом вдали от населенных мест.
Шлюпка пристала к берегу в шагах пятидесяти правее странного сооружения - пристать ближе к жилищу мешали камни, торчащие из воды. Дом был построен без фундамента и свай, и его вход был оснащен широким откидным трапом, один конец которого был на шарнирах прикреплен к зданию. Стены дома и створки дверей украшали какие-то явно дворянские гербы, в которых никто из экипажа брига абсолютно не разбирался.
Наконец они практически преодолели полсотни шагов, отделявшие их от входа, и пора было заглянуть вовнутрь, но: Что-то как-то было боязно! Пройти еще пару шагов вдоль стены дома, и заглянуть за открытую створку было страшно! Магия? Заколдованное место? Но ведь там золото! И много, если они заметили его блеск издалека!
Чари рванула вперед, проигнорировав окрик мужа - она первой увидела - ей первой и расхлебывать, если там опасность! Вот она уже на трапе, вот заглядывает внутрь:
- Стой!!!! Там магия!!! - раздался за спиной девушки крик любимого.
Но разве можно остановиться, когда внутри такое? А магию она почувствовала тоже!
Прихожая или холл, если это так можно назвать, странного здания была застелена мягким ковром. На этом ковре, с помощью какого-то насыпанного дорожкой вещества, внешним видом напоминающим обычную землю, была выложена окружность диаметром примерно в пять шагов. Внутри окружности, по ее периметру с равными интервалами, было поставлено тринадцать корзин, напротив каждой корзины из костей было выложено имя: 'Мара, Лада, Сирин,:'. В корзинах находились, связанные кожаными ремнями, младенцы примерно годовалого возраста. В центре круга лежала сверкающая золотая статуя мужчины лет примерно сорока. И лежала она головой к выходу. Судя по, застывшему на лице удивлению и испугу, и по положению рук и ног, создавалось впечатление, что человека, внезапно отбросило на пол неведомой силой, и обратило в золото. Чари померещилось, что ковер от ног статуи до корзины с надписью 'Мара', где лежала рыжеволосая девушка, слегка обгорел.
Большего она разглядеть не успела, ибо эта самая рыжеволосая, почувствовав чье-то присутствие, громко и требовательно заревела, всем своим видом показывая, что она голодна. И Чари шагнула в круг, наплевав на испуганные окрики мужа - девочка голодна и ее нужно чем-то покормить! Тотчас, какая-то холодная волна чуть не сбила ее с ног, а нижнюю часть тела, до пояса окутало зеленоватое сияние. Чари заорала от боли - ощущая, как тысячи, миллионы ледяных игл впились в ее тело. Почему-то в голове промелькнула мысль, что если она выживет, то у нее уже никогда не будет детей. Но она должна была выжить! Она должна была накормить эту девчонку! Тем более, что боль и свечение куда-то исчезли, а ковер под ногами явно дымил, а насыпанная землей окружность в одном месте была чем-то разорвана. Стараясь не касаться золотой статуи Чари прыгнула к корзине с орущей рыжеволосой, и подняв с пола, крепко прижала к себе. Тут же закричали остальные двенадцать младенцев, требуя, чтобы их покормили.
- Что встали? Выносите корзины и везите на бриг! - заорала жена капитана в истерике, - Детей кормить надо!.
Моряки боязливо, стараясь ни на что не наступать, похватали младенцев, и заспешили к выходу. Они видели то, что произошло с Чари, и с золотой статуей решили не связываться.
* * *
Когда нет гербовой бумаги, то пишут на туалетной, а когда нет туалетной, то вытираются наждачной. Кормилиц на бриге не было, коров тоже. Были козы. Именно их молоком и накормили хнычущую ораву. Однако одним молоком сыт не будешь, и коку 'Морской Лилии' пришлось проявить кулинарные таланты, чтобы довести корабельную пищу до уровня детской.
Одновременно с этим, прошел совет команды по поводу оставшейся на берегу золотой находки. Взвесив все за и против, и перебрав известные ранее случаи, моряки пришли к выводу, что Чари сняла проклятие с этого места, и они могут рассчитывать на трофеи. Заодно неплохо бы поискать в этом брошенном доме, какие-нибудь следы, указывающие на родителей найденных младенцев, ибо в противном случае их придется сдать в детский приют.
Однако Чари, с такой постановкой вопроса не согласилась, и закатила муженьку скандал, заявив, что рыжеволосую девчонку она оставит себе, поскольку своих детей она завести уже никогда не сможет. Капитан брига спорить пока не стал, надеясь, оттянуть окончательное решение до их прибытия в порт.
Обыск дома доставил ему еще больше головной боли, чем истерика Чари - дом принадлежал какому-то небожителю - Лару. Только вот почему этот дом не летает? И эта статуя - не есть ли сам хозяин? Доигрался с магией? Опять небесные тайны и игры?
Перед самым уходом в этом домике побывала и Чари. Больше всего ее заинтересовал телескоп с цветными стеклами, смотря через которые можно было видеть звезды даже днем. Меняя стекла можно было менять видимый цвет звезд и их рисунок - одни исчезали, другие появлялись, но одна звезда всегда присутствовала на своем месте и цвет не меняла, все время оставаясь багряного цвета.
* * *
В порт назначения 'Морская Лилия' прибыла за двенадцать часов до истечения срока, но как выяснилось, торопились они зря - за сутки до их прихода во дворце произошел дворцовый переворот и власть сменилась. Новый царь Гипербореи, начал свое царствование с запрета на употребление спиртных напитков, поэтому груз 'Морской Лилии' автоматически превращался в балласт, который придется тащить обратно, если они не найдут более выгодное предложение, которое окупит стоимость выливания вина из бочек за борт.
Попытка продать статую по весу в портовом ломбарде привела к тому, что мужу Чари, из добрых побуждений, по знакомству, порекомендовали продать ее на аукционе - там, можно было получить вчетверо больше денег за так называемую художественную ценность. Естественно, что за данную полезную информацию, после аукциона, пришлось бы отстегнуть четверть полученного от продажи данного произведения искусств золота.
Увы, но экипаж 'Морской Лилии' забыл простое правило - от дармового нужно избавляться сразу, а не торговаться и пытаться продать дороже. Аукцион конечно же начался в положенное ему время, но Наместник Императрицы, которому надлежало контролировать данные мероприятия, в целях выискивания различных артефактов древности, тут же все остановил. И опять, с неба на серебристых драккарах спустились парни в серебристых скафандрах из Восьмого Департамента. И возглавлявший их милорд Гаудин, обычно холодный, бесстрастный и невозмутимый, прыгал вокруг статуи с перекошенным от ненависти лицом и злобно шипел:
- Ну, здравствуй Ледяной Доктор! Доигрался Ублюдок!
А потом начались допросы, и все, что они забрали из этого домика с гербами, пришлось отдать. Все, включая всех найденных младенцев. Рыжеволосую Мару пришлось вырывать у Чари с боем. А потом им заплатили. Заплатили золотом. Им пришлось вылить всю 'Драконью Кровь' за борт, чтобы освободить место под золото. Золота было столько, что можно было купить половину княжеств Приграничья со всеми землями и обитателями. Но никто не радовался, ибо по бригу, бродила как привидение Чари, и в ее красных от слез глазах стояла какая-то смертная тоска. К приходу в Равенну она вроде бы оттаяла, но те, кто ее знал до этого рейса, говорили, что это только внешне, и если внимательно к ней присмотреться, то можно увидеть в глубине ее глаз бездонную печаль:
* * *
'Двенадцать похищенных ларисс годовалого возраста найдены. Дело 'Двенадцать' можно считать закрытым. Похититель девочек мертв. Смерть Ледяного Доктора наступила в результате магического воздействия, превратившего его в золотую статую. Найдена также тринадцатая ларисса под условным именем 'Мара'. По имеемым фактам именно она нанесла вышеупомянутый магический удар. Механизм магии не ясен. Родители лариссы не установлены:'
Гаудин отстранился от компьютера и закурил. Все обстояло не так просто, как в отчете, который он составлял. 'Мара' являлась точной копией погибшей незадолго до смерти Императрицы и Императора старшей дочери Императрицы. Смерть, точнее убийство девочки было загадочным и жестоким. Ее сожгли во Дворце с помощью солнечной линзы. Линза была сделана из обычной прозрачной двухслойной пленки - тент защищающий от дождя. Кто-то налил внутрь него воды, и круглый тент стал солнечной линзой, в фокус которой и была положена девочка. Откуда взялся тент, и как в данном помещении оказалась девочка до сих пор не ясно. И экспертиза подтвердила, что обугленные останки - это дочь Императрицы.
А теперь вдруг всплывает 'Мара'. Что делать? Объявить о воскрешении? А стоит ли? Ни одно из убийств членов Императорской семьи так и не раскрыто! На нем и так висит охрана Яны-Алентивиты! А ведь есть еще одна загвоздка - Яна дочь пропавшего без вести графа Гэйра. Но эту тайну знали только он, Императрица, Император и граф Гэйр. Троих уже нет. А если объявить воскрешение Мары - начнется борьба за наследниц - ибо Яна официально считается законной и единственной дочерью. В итоге - убьют обоих!
И что же делать? Одну из девчонок он сумет защитить, а вторую? Вторую он спрячет! Спрячет на виду. Там где опасно и убивают - опыты, производимые в разведшколе с младенцами дали положительные результаты. Он спрячет там и Мару, и остальных двенадцать ларисс под видом детей с Сильваны. А то, что старшую дочь Императрицы воспитают как профессиональную убийцу - оно и к лучшему, такую ведь просто так не убьешь - потребуется армия! И шансы на выживание у Мары выше, чем у Яны при императорском дворе. А вырастут девчонки - будем аккуратно разбираться. Главное к тому времени найти убийц Императора и Императрицы. Решено!
Гаудин посмотрел на экран монитора и стал вносить правки в набранный текст:
' останки двенадцати похищенных ларисс, :'. Информацию о Мааре он стер полностью, а смерть Ледяного Доктора представил как гибель в бою с драккарами Серебряной Бригады:
 
Skype MeT! Счетчик посещений Counter.CO.KZ - бесплатный счетчик на любой вкус!