Предыдущая   На главную   Содержание   Следующая
 
СЕМЬ РАЗ ОТМЕРЬ:А УСПЕЕШЬ? Из Сочинений Лорда Дима
 
 
  
 


Радость жизни и утехи -
Сновиденье...
Одно лишь пламя ада -
Навсегда.
(Хорхе МАНРИКЕ)

-Не надо, Лонир, не ходи! Давай лучше:убежим?! - юная красавица обвила его шею и умоляюще попыталась заглянуть в лицо парня. - Ну, подумай, из Хелльстада ведь мало кто возвращается, а ты нужен мне живой, я ведь: люблю тебя! - она покраснела, опустив на мгновение глаза, и снова вскинула их на юношу. Но тот смотрел куда-то поверх её головы, упрямо задрав подбородок. - Нет, Скайлер, я так не могу - твой отец, да и все остальные, они должны знать, что я не трус - я принесу обещанное! - он отстранил от себя любимую, поправил лямки небольшого походного мешка, и, не оглядываясь, пошагал по тропе, ведущей к лесу. Девушка, бессильно уронив руки, смотрела ему вслед, затуманенным от слёз взглядом пока он не скрылся за деревьями.
- Я достану его, пусть посмотрят, ишь, удумали - смеяться! - Лонир шёл по лесу и зло бормотал себе под нос. - Я докажу им, что я - мужчина! Я достоин Скайлер!:
Да уж, на что только не толкает нас любовь! А, казалось бы - ну надо ли было юноше давать столь громкие обещания, да ещё почти перед всем селом? Ну да, да! - отказал отец Скайлер ему в просьбе отдать за него дочь. Ну, так что - героя из себя корчить? Мало ли что отец Грук понарассказывает - всем, что ли теперь срываться из дому и бежать на поиски сокровищ и всяких чудесных вещиц? Примерно так думали крестьяне, узнав, что молодой Лонир отправился в Хелльстад.
Старая, как мир, история - двое добивались руки красавицы, но, если один был по нраву девушке и не очень глянулся её отцу, то с другим обстояло всё наоборот. Сколько таких маленьких трагедий разыгрывает жизнь? И сколько молодых упрямцев бросает вызов судьбе, пытаясь побороть её? Сельские кумушки с восторгом обсуждали случившееся, пока новые события не затмили историю молодых влюблённых.
Дни сменяли друг друга, складываясь в недели и месяцы, а о безумце Лонире не было ни слуху, ни духу. Его отец угрюмо отмалчивался при встрече с сельчанами, а мать частенько плакала вечерами, с надеждой глядя за околицу.
Скайлер попервой частенько забегала к ним, но постепенно водоворот жизни засасывал её и образ юноши становился размытым и далёким. Да и отец уже неоднократно заводил разговор о том, что пора, мол, взяться за ум, да и сыграть весёлую свадебку - время идёт, а её дружок давно уже, поди, белеет косточками где-то в страшном королевстве. А Роми - вот он, толковый, работящий и весёлый. Опять же - любит её без памяти, и уже три раза предлагал выйти за него замуж.
И она дрогнула - прошёл год и все уже думать забыли о молодом упрямце. А Роми настойчиво ухаживал за ней, привозил из города разные диковинки и так мило краснел, глядя на неё влюблёнными глазами. К тому же и обида свила гнездо в сердечке Скайлер - да, она любила Лонира и готова была пойти за ним на край света, готова была убежать с ним куда глаза глядят, не думая о том, что скажут в селе. А он?! Придумал себе дурацкую затею - принести из Хелльстада сокровище и доказать, что он подобен сказочным героям! А о ней он подумал - годы то идут, и так хочется простого человеческого счастья! А если он действительно погиб, что ж ей - всю жизнь ждать и надеяться на чудо?! Ну, уж нет - никому не нужная старая вещь, оставшаяся от прежних времён не может быть дороже её любви!
И Скайлер порадовала отца, сказав, что согласна выйти за Роми. А дальше её закружил вихрь предсвадебной суеты - надо ж было и платье приготовить, и украшения, и родителям помочь в подготовке праздничного стола - да мало ли забот у невесты? Она весело щебетала с подругами, готовя по вечерам приданное и смеясь над их шутками. Одно лишь омрачало - родители Лонира, которые при встрече отводили от неё взгляд и проходили мимо, не отвечая на приветствия. Ну да пусть их:в конце концов не она отправляла Лонира вдаль от дома:
:Веселье было в самом разгаре. На широком двору стояли длинным рядом столы, уставленные угощениями и хмельными напитками. Приглашённые орали здравицы молодым, пили, ели и весело смеялись. Орава ребятишек висела на заборе, возбуждённо галдя и и обсуждая торжество. Собаки радостно взлаивали, шныряя под ногами пирующих, и грызясь из-за брошенных костей.
Пожаловавший отец Грук, который и провёл свадебный обряд, басовито откашлялся и, подняв кружку с вином начал говорить о счастье молодых, которое наполнит их дом, и будет окружать до самой старости. Кто-то из мужчин перебил его, заорав что-то пьяненьким голосом, получил увесистую затрещину и, под весёлый хохот собравшихся, был выставлен взашей - охолонуться. В общем, гуляли долго и обстоятельно - как и положено.
Прошло несколько месяцев - Скайлер уже носила под сердцем ребёнка и смотрела на мир счастливыми умиротворёнными глазами. Всё у них с Роми было покойно и светло, и сейчас молодая женщина просто наслаждалась этой тихой радостью семейного бытия.
Как-то к ней зашёл отец Грук. Посидев немного, и поговорив на разные житейские темы, он замолчал. Видно было, что у него какой-то не очень радостный разговор, и он не знает, как его начать. Собравшись с духом, он, наконец заговорил: - Понимаешь, Скайлер, не хотел тебя расстраивать, - он помолчал, - но всё же ты должна знать: Я ведь встречал Лонира:
: Лесные молодцы сидели в засаде, поджидая незадачливых путников или купцов. На дороге было пусто и многие из них тихонько кемарили, стараясь, чтобы это не заметил их суровый предводитель. Отец Грук, развалившись на куске холста в зарослях орешника, в шутку боролся со своим любимым псом. Поджарый мощный ладар наскакивал на него, скаля внушительные зубы, и тихонько рычал, стараясь прихватить за руку. Внезапно он повернул лобастую морду куда то в чащу и замер, насторожённо замерев. Подобравшись, лесной пастырь поудобнее перехватил свою дубину, окованную стальными кольцами и вгляделся в просвет меж деревьев. Там стоял мужчина в рваном плаще, без головного убора, сжимая в руках странного вида посох. Лицо его было в грязных разводах, а спутанные длинные волосы, ложащиеся на плечи, поражали обилием седых прядей. Он также смотрел на лесного пастыря горящими чёрными глазами. Наконец незнакомец шагнул вперёд, ступая так тихо, что ни одна веточка не хрустнула у него под ногами. Пёс предупреждающе зарычал, и рядом с пастырем появились его затянутые в зелёные кафтаны молодцы, с недоумением глядящие на пришельца. Они замерли, держа оружие наизготовку, и ждали лишь команды от своего вожака, чтобы разобраться с незванным гостем.
-Никак не признал ты меня, святой отец? - хрипло проговорил незнакомец. - Я - Лонир!
-Творец Всемогущий! - потрясённо выдохнул Грук. - Все давно похоронили тебя - где ж ты пропадал столько времени?
Лонир криво усмехнулся. - В Хелльстаде, где ж ещё? Сам же столько завлекательных историй про него рассказывал - вот я и сходил:посмотрел! - кто-то из разбойников охнул, делая руками отгоняющий нечистую силу Знак. Лонир перекосился и, молнией метнувшись вперёд, нанёс мощнейший удар своим посохом в голову несчастного. Тот рухнул навзничь, заливая всё вокруг кровью из проломленного черепа. - Не делайте так больше! - Лонир обвёл застывших людей яростным взглядом, в котором сквозило безумие, и плескались багровые искорки. - Ты что творишь, несчастный! - взревел отец Грук и бросился на убийцу. Очнувшиеся лесные братья также заорали и взметнули оружие. На полянке разгорелся кровавый бой. Лонир вертелся ужом меж вопящих разбойников, отражая их удары и щедро отвечая своими. Несколько человек уж лежали на земле, зажимая страшные раны, полученные в схватке. Жалобно скулящие псы метались поодаль, не предпринимая никаких попыток напасть на пришельца. - Как-то странно они себя ведут! - краешком сознания отметил отец Грук, но додумать эту мысль не успел, вновь сойдясь лицом к лицу с Лониром.
Пастырь не знал, сколько времени всё это продолжалось - просто в одно из мгновений он осознал себя стоящим над трупом юноши, загнанно дыщащим и сжимающим свою дубину, переломленную почти пополам. Он огляделся вокруг - лишь пара человек ещё держалась на ногах - остальные были либо мертвы, либо ранены. - Да что ж это такое то?! - хрипя, проговорил Грук. - Что случилось с пареньком?! - он склонился над телом несчастного и перевернул его на спину. Гримаса смерти уже сковала лицо Лонира ужасной маской, а глаза всё так же ненавидяще смотрели в небеса. Он был весь в крови от многочисленных ран, и пастырь содрогнулся, не понимая, как юноша столь долгое время сражался с его отрядом в таком состоянии. Грук перевёл взгляд на посох, который сжимали коченеющие руки, и почувствовал, что сердце в груди как-то странно ухнулось куда-то вниз. Он хорошо помнил картинку в старинной книге и сейчас, узнал этот предмет. Это был посох Святого Сколара, которым тот в своё время изгнал нечистую силу из Горрота. - Сынок, что ж ты натворил! - с болью прошептал священник, опускаясь на колени:
: - Мы похоронили его там, в лесу - сказал Грук, глядя в пол и не поднимая глаз, на беззвучно плачущую Скайлер, - вместе с посохом. Тут ведь какое дело - чтобы положить на него руку, надо было кое в чём не уступать прежнему хозяину. М-да!
Пастырь ещё немножко посидел, молча разглядывая трещинки на досках, затем встал и, не прощаясь вышел из дома.
:Он больше никогда и никому не рассказывал завлекательных историй о сокровищах:
 
Skype MeT! Счетчик посещений Counter.CO.KZ - бесплатный счетчик на любой вкус!